Король Алларии не убежал. А мог бы, наверное. Нашей разведке не известны все секретные ходы в комплексе. Однако детей он бы забрать уже не успел.

Ночи тут хоть и светлые, но облачность сегодня низкая, а дирижабль снижался очень быстро. Прошла пара минут с тех пор, как воздушное судно показалось среди облаков, и во дворце подняли тревогу. Высадка десанта прошла спустя минуты три. Нет, не успеть ему было. Впрочем, ради внезапности вся операция и затевалась.

Нет у нас ресурсов воевать «правильно». Кроме штурма дворца сейчас по городу рыщут наши отряды, врываясь в дома самых важных лиц в государстве. Промышленники, аристократы. Кого-то убивают, других стараются взять в плен.

Выглянув в окно, выходящее на город, увидел, как в паре мест уже занимаются пожары.

— И что дальше? — нарушил тишину хриплый голос аристократа.

— Ты отрекаешься в пользу Элеоноры или приносишь вассальную клятву. И остаёшься жить.

— Оно так не работает, самозванец! — выплюнул слова король. — За вами никто не пойдёт. И даже если вы убьёте меня и моих детей, вакантное место займёт один из герцогов. Вас всё равно выкинут из столицы!

— Ты к тому моменту будешь мёртв. Тебе так важно, что будет потом? — оскалился я, усаживаясь в одно из кресел напротив.

Дерево опасно затрещало под моим весом, но выдержало. А король, впившись в меня бешеным взглядом, процедил:

— Нельзя так просто прийти и отобрать власть. Убив меня, ты не достигнешь ничего, кроме того, что откроешь дорогу к трону другим.

— Приносишь публичную клятву верности и остаёшься жив. А сейчас выходишь к гвардии и убеждаешь их прекратить огонь, оставшись в казармах. И ты в любом случае так сделаешь, просто, в случае отказа, сначала будет очень-очень больно. — Я поморщился, но дополнил: — Да и детишек у тебя довольно много, парочку можешь не досчитаться. Например, я слышал, у тебя прелестные дочки?

Установившуюся после моих слов тишину нарушил скрип его зубов. Мужчина побледнел от ненависти, мне даже показалось, бросится в слепой ярости. Но в игры я играть не собираюсь, если нужно его пытать, то так и будет.

Убивать его детей? Не уверен, что смогу, но если совсем не будет выбора, то придётся переступить через себя или, в крайнем случае, найти того, кто сможет. Альтернатива — длительные городские бои, в которых погибнут десятки тысяч. А в будущем война, которая унесёт намного больше жизней. У меня нет выбора.

В целом, единственная причина, почему я сразу не перешёл к пыткам, это сохранение его внешнего вида, способность связно говорить и передвигаться. И, несмотря на бешенство, он прекрасно видел в моих затянутых тьмой глазах, что я не шучу.