В сумерках немного отпустило, я пришел в себя и долго думал, что было глюком, а что — нет? Ангелы, медведи…но медведь вроде был знакомый по тому берегу, значит не галлюцинация? Или у меня в подсознании какие-то страхи перед медведями? Здоровенная плоская шляпа, сплетенная из перекрученной травы, только добавляла вопросов.

Шляпа в итоге и натолкнула на идею. Вечером, ночью и утром я двигался вперед, а как начинало припекать, прятался почти весь под шляпу и засыпал. Потому как припекало совсем не слабо, трава давно уже пожелтела и выгорела.

Интересно, а если поджечь степь, дадут опыт за всех сгоревших животных? Кажется мне, что дадут, догонят и еще раз дадут. Столько, что и не унесешь, и не отмоешься. Но обязательно найдется дебил, который это проверит. Но это буду не я.

Меня вообще как-то отпустило желание «качаться». От роста уровня пока что ничего не меняется, разве что очки капают, да их пока и не потратишь. Вещи? Да вон даже топорик уже надоел, постоянно мешается. Оба мои спецумения растут и затраты на их применение очень приятно снижаются, но толк от них лишь по ситуации. Я так прикинул скорость прогресса, Дзен Шлепок где-то на тридцатом уровне станет моментальным — вот тогда это будет грозный прием, позволяющий показать метафизическую кузькину мать любому живому существу, но пока им только над сурками издеваться.

Так что пока все тоскливо. Степь, река, однообразные тренировки бега по воде, редкие побеги от степных шаруссов и восьмилапых собак. Зато стало видно противоположный берег. Несмотря на ширину реки, которая на глазок вообще ни разу не уменьшилась, противоположный край стало видно хорошо, как толстую черную полоску. Я сначала не понял, что это такое, дошло через пару часов: колоссальные деревья там растут. Ну и дятлы же там у них, наверное…

Тихое степное утро. Слабо потрескивает небольшой костерок у берега широченной реки. Лысый монах мирно рыбачит, намотав бечеву с крючком на палец. И видит, как к нему плывет рыба. Много рыбы! Много большой рыбы!

Ну, отложим в сторону манию величия. Косяк уже знакомых мне мегасудаков преследовал небольшое каноэ, в котором четыре фигурки яростно работали веслами. Со стороны такое преследование выглядело просто жутко: здоровенные рыбы вырывались из воды, щелкали челюстями, отталкивали и кусали друг друга, и снова прыгали. Но фигурки на байдарке были синхронны, как автоматическое требование оплатить месячный счет у провайдера — ни одного лишнего движения, лодка неслась, как угорелая. Я прикинул место их высадки и стоял там наготове, сжимая в руках длинную и острую рыбью кость. Вторую воткнул в песок рядом на всякий случай.