Наверное, у меня аллергия на умственную работу.

С утра с огромной неохотой стал прокачивать иисусинг — ходьбу по воде.

Я планировал учиться бегать по воде в совершенно других обстоятельствах. Он требовал зашкаливающих для меня объемов сосредоточенности и концентрации: было необходимо четко и дозировано подавать короткие импульсы Ки на всю поверхность ступни, соприкасающуюся с водой. Чем быстрее адепт перебирал ножками, тем меньше расходовалось Ки. При этом адепт должен был находиться в чрезвычайно спокойном и сосредоточенном состоянии духа. И мало того, обучение мастера проводили на небольшом прудике, в котором плавали карпы, отъедающиеся как раз на радость мастерам и настоятелю. Поверхность прудика была всегда тихой и спокойной, поэтому-то я и умудрился получить «зачет» по водяному бегу, просто с надрывом и брызгами пробежав, вбухивая в каждый шаг столько Ки, что половина лягушек в пруду должна была передохнуть от инфаркта.

А сейчас мне требовалось форсировано отшлифовать кривое умение до состояния идеала, пригодного для передвижения на весьма неслабых волнах реки, которая по ширине заставила бы покраснеть от стыда Волгу.

Месяц. В итоге это заняло месяц. В течении тридцати дней я бегал по воде и питался жареными сурками. Тренировался, тренировался, тренировался…

Один раз на меня напала приблудная львица. Точнее, самка шарусса. Внезапно выскочив из кустов с бодрым рычанием, она быстро рванула на меня с растопыренными когтями. Как-то на автомате получилось чуть изогнуть тело, уклоняясь от броска, и воткнуть ей кулаком в висок с таким выплеском энергии, что кошка моментально дала дуба.

Еще разок один из больших обитателей глубин, привлеченный моим беганием вдоль кромки берега по воде, решил явить себя суше, выбросившись на мель. Надеялся сожрать меня и потом упрыгать назад на глубину, гад. Я увернулся, чуть не заработав разрыв энергоканалов. Опять бездумно и на автомате, мозги ссохлись от постоянного повторения одних и тех же действий. Отскочив на сушу, я умудрился немного понаблюдать за рыбой моих кошмаров. Эдакий судак весом с тонну и неимоверной свирепостью — он долго танцевал на мелком месте, разрываясь между желанием уйти на приличную глубину или все-таки допрыгнуть до меня и попытаться сожрать. Увы, ушел. Атаковать настолько энергичное и здоровое тело я не решился.

Пару раз, тренируясь днем, замечал эльфийские патрули. Они подходили ко мне ровно на дистанцию, с которой можно было увидеть имя, и быстро исчезали. Ну да, этим я уже не интересен.

Когда пришла пора бежать, то я совершенно не был уверен, что готов. За меня решила погода — поверхность реки была почти гладкой. Лучшие условия из возможных. Я решил не терять шанса и даже придал себе решимости, покидав в Купель все «нажитое»: ветки, шкуры мегасурков и несколько интересных булыжников, как бы ставя метафорическую точку на этом временном пристанище. Вышел на берег в одной набедренной повязке, глубоко вдохнул, взяв разгон… и побежал.