Оп, красный конвертик.

«Вами получена малая новая особенность вне Купели. Обеспечьте себе сытное питание во избежание негативных эффектов».

В будущем эти Дома будут бесценной возможностью провести ночь в безопасности, но пока можно ночевать где угодно. Пора на рыбалку.

Направив стопы к старому месту, где остались кабаний хребет и рыбьи потроха на приманку, я внезапно наткнулся на несколько близкорасположенных кострищ. Видимо, сюда приходили разведчики Рошвана целым отрядом. Не удержался и перерыл носом всю землю вокруг черных кругов, питая надежду найти что-нибудь полезное: старый нож или наконечник стрелы. С этим не повезло, зато наткнулся на тщательно обглоданные кости какого-то не очень крупного животного и обрывок ремня. Получилась небольшая вязаночка запасных костей. И то хлеб. То есть рыба.

Набив чешуйчатой добычи, остаток дня медитировал в надежде и рыбку съесть и… энергетику прокачать. Попытка увенчалась успехом. Жизнь-то налаживается!

Джинна я еще долго пытался опросить на следующий день. Переиначивал вопросы, повторялся, просто проговаривал вслух разные слова, имеющие хоть какое-то отношение к этому миру. Синекожий дух не реагировал на мои попытки получить желаемое перебором, как и не повторял ответы на уже заданные «успешные вопросы». Единственной моей удачей мог считаться лишь удачный вопрос: «Как умереть насовсем?». Услышав его, синекожий оживился и бодро ответил, что Система будет спрашивать всех игроков о том, хотят ли они жить дальше. Раз в сто лет. Достаточно лишь ответить «нет», как тут же сразу того-этого. Помрешь.

На этом сакральном знании я понял, что большего не добьюсь. Применять к нему насилие в качестве эксперимента или пытаться забрать одежду было откровенно ссыкотно.

Устав от бесплодных попыток, я отошел от стойки и сел в позу лотоса у одной из каменных морд, попутно отметив, что стоило бы помыться. Хотелось расслабить головной мозг, упорядочить мысли, возможно, даже придумать дельный вопрос, который заставил бы синюю морду среагировать.

Вдруг, как в сказке, скрипнула дверь. Дальняя от меня.

Я затаил дыхание. Интересно, еще один визитер? Смертный, бессмертный?

Вскоре новый гость Дома показался мне на глаза, подойдя к джинну. Последний целиком владел вниманием новоприбывшего — хрупкого и смуглого ребенка.

На вид я бы дал ему лет десять. Смуглая цыганская или арабская внешность, впрочем, мои ставки были на восточника. Мысль о оцифрованных цыганах вызывала комок в горле. Ребенок был одет в наполовину чистую белую рубаху до пят, подпоясанную веревкой, за которую был заткнут здоровенный нож, и держался руками за горловину внушительного мешка, эдак литров на двадцать. Нехило пацан прибарахлился…