Мы прыгнули. В шестой раз.

…крошечный черный остров в флюоресцирующем подземном море. Неделя темноты, шума волн и наблюдения за неясными огромными тенями, вальяжно двигающимися в светящейся воде. Стучащая зубами Ай, бубнящая о том, что ей кровь из носу нужно поднять свои характеристики для возрождения раз в неделю.

Седьмой прыжок.

…жаркая саванна, по которой мы бесплодно прослонялись всю неделю, так и не увидев ничего, кроме желтой травы и стад копытных животных, проносящихся вдалеке.

Восьмой прыжок.

По совместному решению, он должен был стать нашей «лебединой песней». Потратить все заряды и оказаться в итоге перед выбором расставания или прозябания в какой-нибудь дыре мира нас не радовала. Гораздо приятнее смотрелся вариант, в котором мы доползаем до какой-либо страны, продаем набранные разведданные и ищем такое же зелье. Поэтому восьмой прыжок мы планировали как последний, если окажемся на обитаемом континенте.

Это точно был не континент, а снова — остров. Только находящийся на небесных просторах над просторами морскими, сиречь над океаном. Пара небольших гор и море пышно цветущих деревьев вокруг небольшого озера в центре. Приятное и живописное место, ничем не уступающее по красоте и комфорту тропическому раю.

Как нам показалось изначально.

Мы сделали три открытия почти одновременно. Первое — остров географически располагался почти рядом с континентом, на котором был желанный Вавилон. Почти — это, по моим грубым подсчетам, были сущая тысяча километров по воде и в полтора раза больше по суше, если верить схематичной карте мира от рыцаря Айзенкотта. Второе открытие, от которого Ай издала оглушительный визг счастья и повисла у меня на шее, заключалось в том, что остров неторопливо плыл как раз в нужном нам направлении.

А вот третье было не очень. Очень не очень.

Потому что на радостный девичий вопль откликнулись обитатели острова. Племя крылатых обезьян.

С шумом, ором и визгом большая стая поднялась из крон деревьев и полетела к нам. Митсуруги моментально залезла в рюкзак на моей спине, высунувшись по грудь, а я быстро побежал от края острова, навстречу летящей стае, вертя головой в поисках удобной позиции для боя. Таковой не нашлось, поэтому пришлось встречать гостей буквально на ровном месте, поросшем низенькой травой. И то хлеб, оступиться на неровной почве мне бы точно не хотелось.

Обезьяны оказались довольно медленными летунами, что дало мне неплохую возможность их как следует рассмотреть. Коренастое мощное тело с тонкими, но жилистыми конечностями и очень длинным подвижным хвостом. Горб на спине, из которого росли тяжелые кожистые крылья. Общий вес особи килограмм под тридцать. Я задумался, пытаясь понять, откуда они берут энергию для полета на таких крыльях, но первый же увиденный мной статус существа дополнился сведениями от раскачанной до тридцати очков Мудрости.