На большинство вранов я приобрёл два дорогих заклинания: «Внутренний свет» , площадные чары ауриса, которые давали максимальную защиту от нокса на всех, кто будет стоять в квадрате примерно 7×7 метров в момент каста; и «Солнечную ярость» , концентрированный поток соларной энергии по конкретной цели. Отличные заклятия, добавил ещё «Исцеление» , которое тут же применил на себя, чтобы выйти на финальный бой в полных силах.
Уфф, как приятно поток виталиса проходит сквозь всё тело освежающей и очищающей целебной волной! Боль, дискомфорт, зуд выветрились и исчезли, как не бывало.
Тут монетки почти закончились, хватило на два последних дешёвых заклятья начальных уровней, которые я тут же использовал. Оверлорд стал очередным гиеноглавым, ни к чему Аларе видеть его истинное лицо. Я проверил результаты, покрутился, разглядывая себя, всё в порядке. Крысолюд глянул изумлённо и пришиблено, мол, ты поехавший, что ли? Но кого волновало мнение крысьей морды, к тому же неразумного моба?
Я пробежался по лестнице и выскочил на вершину, мобы следовали за мной. Солнечный свет ударил в глаза, привыкшие к сумраку Зала Павших, резкий холодный ветер подул в лицо. Мы стояли на хрустальной платформе, лишённой любых неровностей, это был гладкий, слегка скользкий стеклянный пол шириной всего метров десять. Вершина обходилась без парапетов и ограждений, она обрывалась прямо в пропасть, грозя высотой.
Смотреть вниз было неразумно: мало того, что мы взобрались на высоту примерно двадцатиэтажного дома, так ещё и находились на вершине не самой низкой горы. Долина раскинулась вокруг во всём великолепии, и солнце жарило так, что, даже несмотря на холодный ветер, на лбу выступил пот. А ведь финальный бой ещё даже не начался.
Ярус VII: «Эндшпиль».
Цель: победите Зияющих и захватите Луч.
Ага! Система подтвердила мою догадку. Тонкий хрустальный шпиль вырывался из самого края платформы, Луч из него уходил в небо, и Алара держала руку в луче, управляя Шпилем. Она никогда не была магом света, просто использовала систему Велария — а сама была магом тьмы. Когда я осознал это, сразу стало понятно противоречие между символом финального яруса и тем, что на Павших нет следов ожогов.
— Узрите свою погибель! — голос царевны разнёсся повсюду, усиленный мощью её магии. Чёрные волосы развевались на ветру, а её тонкое платье стремительно наливалось тьмой и превращалось в платье-доспех.
Царевна воздела руки к небу, и солнце жарко вспыхнуло, слепящие лучи стекали с небес на вершину шпиля плотным потоком, словно сквозь линзу, температура стремительно росла.