— Если бы…

Лариса кивнула, выдохнув:

— Понимаю. Ещё год назад в это же время я с учениками обычно проходила различные гормоны, а теперь приходится делать упор на анатомии, артериях, венах и так далее. Конечно, им эти знания должны дать в учебке, но лучше вложить их в головы заранее. Ох, чёртов призыв…

Я молча кивнул. После ещё одного глотка чувство тяжёлого камня на плечах начало немного спадать. Хорошо встретить человека, который понимает тебя.

— Я бы тоже предпочёл оказаться в другом месте, — произнёс, когда жжение в горле отступило. Поставил пустую кружку на стол. — У себя в поместье, например. Или на рыбалке. Не был на нормальной рыбалке целую вечность.

— Да… — протянула Лариса, налив мне в кружку ещё коньяка и откинувшись в кресле, отчего блузка на груди сильнее натянулась. Ткань, стянутая пуговицами, слегка разошлась. — На берегу речки, там, где никого на много километров вокруг. Только я и… ты, Дубов.

Я вскинул бровь.

— Ты выглядишь усталым, — хмыкнула она. — И встревоженным. Наверняка, плохо спишь, но никому об этом не говоришь.

Я молчал. Но она была права.

— Знаешь, когда у человека высокий уровень кортизола из-за сильного стресса, он не высыпается и плохо восстанавливается. — Лариса отпила из кружки, закрыла тетрадь, которую проверяла, и поставила кружку на стол. На ободке алел след от помады. — А тебе, как будущему призывнику, нужно восстанавливаться. Позволь, я помогу тебе с этим.

— Как?

Лариса Викторовна встала, обошла вокруг стола, стуча каблуками, и встала напротив меня. Пальчиком упёрлась мне в подбородок, чтобы я встал. Я остался сидеть. Сам встану, когда захочу. Она хмыкнула, будто такой исход и предполагала, и села прямо стол, положив ноги друг на друга. А потом медленно поменяла их местами. Чарующее зрелище.

— Чтобы снизить уровень кортизола, нужно заменить его другим гормоном, — говорила она, прикусывая дужку очков. — Эндорфином, например. Он в большом количестве вырабатывается во время физических упражнений.

— Предлагаете мне поотжиматься? — хмыкнул в ответ.

— А меня ты хочешь оставить наедине с моим кортизолом? — закусила губу Лариса Викторовна. Очки стукнулись о поверхность стола. — Не лучше ли какое-нибудь совместное физическое упражнение?

Она приосанилась, чтобы я мог сполна оценить её роскошные достоинства, и начала расстёгивать блузку. Очень быстро я встал. А потом поднялся со стула и прижал её к себе, приподняв за мягкие ягодицы до уровня моего лица.

— Ну наконец-то. Как же я соскучилась, — выдохнула она мне в губы и впилась в них с жарким поцелуем.