Самым неожиданным образом птенец Рукх оказался в перекрестье ярких прожекторов. Они прорезали ночное небо, и в их свете золотистые перья ярко засияли. А следом глухо забухали зенитки, и звёзды погасли на фоне огненных цветов.

«А-а-а!» — закричала от боли Маша в моей голове, а я поморщился, потому что мне будто часть её ощущений передалась. Неприятно.

Птица в небе, осыпанная градом осколков, дёрнулась и штопором сорвалась вниз.

«Маша! Маша!» — кричал я почти вслух, прячась в небольшой расселине недалеко от лагеря янычар.

Османы были настороже, поэтому, уже в который раз заметив подозрительную птицу в небе, решили её убить на всякий случай.

«Я… я в порядке», — отозвалась дриада. — «Птенца зацепили, но не сильно. Прости, пока не смогу быть твоими глазами, иначе их просто убьют. Дальше вы сами…»

Тон у Маши был виноватый, но я её обвинять ни в чём не собирался. Нет смысла просто так губить птенцов Рукх.

Всего за сутки османы окопались капитально. Их лагерь превратился чуть ли не в крепость, которую не каждая армия сможет взять. Рваная цепь окопов окружила палаточный город. Через каждые пятьдесят метров за линией обороны обустроились пулемётные точки из мешков с песком. За брустверами наверняка притаились миномётные расчёты. И это я не говорю об остальных укреплениях в виде торчащих кольев. Те были просто повсюду.

К счастью, после обстрела птенца Рукх из зенитки тревогу в лагере не подняли. Людей для полноценной обороны явно не доставало. Окопы были почти пусты. Ситуация поменяется, если вернутся войска, которые вели бои где-то на востоке. Прежде чем уйти, Маша успела забраться за облака и осмотреть окрестности с высоты. От восточного лагеря османов уже ничего не осталось, но войска там ещё сражались, постепенно отступая. И похоже, всё с теми же озабоченными японцами.

Это, кстати, настораживало. Сколько там этот туман действует вообще? Не хотел бы я встретиться с толпой этих разъярённых и неуязвимых монстров. Такие и меня убить могут, если все вместе навалятся.

— Что делать будем? — шепнула прятавшаяся рядом Агнес.

Она вымазала зелёное лицо углями из костра, и теперь в темноте её выдавали только белки глаз. Неподалёку так же притаились и Гоша с Альфачиком.

С Гошей Агнес нашла общий язык, даже покаталась на нём, пока мы добирались сюда.

— Людей у них мало, — заговорил я, — но часовых и караулы они расставили. Думаю, что расчёт примерно такой: в случае атаки все остальные стороны периметра максимально оголятся, чтобы дать отпор врагу на основном направлении. А там — лишь бы дождаться основных сил, когда они вернутся после сражения на востоке.