Вот так — не больше и не меньше.

Надо сказать, что желающие найти клад и в этом селе, и в соседних деревнях не переводились. Смельчаки в ночь на Ивана Купалу рылись под «заветными деревьями» в тех местах, о которых давно шла молва, опасаясь только того, «кто может показаться в белом балахоне в больших сапогах». Существовало поверье, что «клад погубит, он только на вино и дается, а на прочие нужды его держать нельзя, а то сам захвораешь или кто-то умрет в семье».

Поэтому на подростка Савватия односельчане стали смотреть как на особенного счастливца, но он и с найденным кладом остался нищим горемыкой, каким был раньше. Мачеха его ушла на житье в город, и мальчик остался один с младшими братом и сестрой без крошки хлеба на пропитание. После этого он и отдал свою долю клада (сто девяносто семь монет) священнику И. Г. Кибардину. Тот, зная положение Археологической комиссии «О вознаграждении находчика клада и всех древностей до 1700 года», известил начальству о кладе, и мальчик получил небольшое вознаграждение.

Следующей была статья из «Кировской правды» за январь 1961 года. Областная газета сообщала, что «из Слободского райпотребсоюза в Кировский областной краеведческий музей доставили клад старинных медных монет, найденный в деревне Верхний Посад Слободского района А. Г. Елькиной в октябре 1960 года. В кладе оказались 463 медные монеты весом в 4 килограмма. Чеканились они на протяжении двухсот лет — с 1689 по 1905 — во время царствования 14 русских царей от Петра I до Николая II. Общая сумма клада 3 рубля 95 копеек. Кому клад мог принадлежать? Судя по мелким монетам и небольшой сумме, небогатому человеку. Не похоже, чтобы хозяин клада был торговцем. Скорее всего, был владельцем постоялого двора, очевидно, жившего в деревне Верхний Посад, или крестьянином-извозчиком. Дело в том, что население бывшего Шестаковского уезда не могло рассчитывать на хорошие урожаи хлеба и, чтобы прокормить семью, искало дополнительные заработки. Здесь среди крестьян было широко развито извозничество — перевозка грузов на Ношульскую пристань для Архангельского порта и на Кай для Пермского края и Сибири. Это предположение опирается и на такой факт, что чеканка монет полностью отражает направление торговых путей того времени. Большинство монет чеканено на Екатеринбургском, Колывановском, Сестрорецком, Анненковском, Московском монетных дворах. Клад найден в алюминиевом солдатском котелке с гравировкой: „Акционерное общество Велицкий. Варшава, 1900 год“. Ясно, что монеты откладывались с очень давних пор в течение нескольких поколений. Но в землю они были зарыты в начале ХХ века. Об этом говорит и одна двухкопеечная монета 1905 года. Интересно, что свою находку А. Г. Елькина сдала в утильсырье. Между тем, найденный ею клад представляет историческую ценность и сейчас включен в фонд музея».