Проводница недовольно носом повертела, но ничего не сказала — хуже у неё пассажиры бывали, а этот ещё ничего — так, слегка выпивши.
— У нас в вагоне не курят, — предупредила она пассажира с небольшим чемоданом.
— Спасибо, я в курсе… — кивнул он строгой даме в железнодорожной форме.
Настроение у Вадима Анатольевича было, так сказать, приподнятое…
Всё ведь хорошо обошлось — как тот колобок из сказки от зловещего дорого одетого господина ушёл…
Слинял…
Сбежал…
Срулил…
Как угодно, можно охарактеризовать его действия, какая разница то, главное — результат.
В привокзальном ресторане,
Где с пятеркой на «ура»
Громыхают стопарями —
Кто не допили с утра…
В голове подвыпившего профессора ещё и давным-давно услышанная песня вертелась. Слова её чуть-чуть отличались от той, что звучала в старом мире Вадика, но тут-то всё немного не так. Похоже, но есть нюансы…
Здесь полет военной мысли,
Над столами воспарив —
Дым, который коромыслом,
Да навязчивый мотив…
В песне про привокзальный ресторан пелось, а Вадим Анатольевич только что в таком побывал — вот и навеяло.
В купе он один оказался. Не особо в сложившейся ситуации это хорошо, тут лучше на людях быть, но ладно.
Я сажусь за столик дальний.
Никому я не знаком.
Мой сосед такой скандальный
И напитый коньяком…
Да, от соточки коньяка Бакалавр сейчас бы не отказался. Правда, в чемодане у него водка и «Спотыкач» имеются, но это на подарки тестю, Мишке, Юре и Наташе. Подарки — святое, их трогать нельзя. Может у проводницы спросить бутылочку?
Проводница попалась правильная — обломился профессор с продолжением банкета… Даже пива она не продала — всё в ресторане… Чудеса и только…
Здесь никто его не может,
Говорливого, унять.
Я ему заеду в морду,
Если станет приставать…
С гравюрами, тоже, вроде всё может срастись — съездит Мишка в Минск, выкупит их, толкнут они пожелтевшие листочки в Москве через Шляпу и денежку малую поднимут. Предварительно Бакалавр, само собой, позвонит Петру в Тернополь. Да, соточка бы не помешала, но нет её — так нет, спать пора ложиться, время то уже позднее.
Вадим Анатольевич запер дверь в купе. Если кого-то будут к нему подсаживать — разбудят, не мёртвым сном он сейчас забудется, до Москвы одним глазком будет дремать.
Лихо пьет и лихо скачет
Весь присутствующий сброд —
На последние, без сдачи —
Здесь не мелочный народ…
Профессор тоже вечером не помелочился — продавцу гравюр денег на дорогу до Минска оставил. Передумает тот, не большая потеря будет… Без финансовых рисков антикварной торговли не бывает. Спишет их Бакалавр на текущие расходы.
Вадим Анатольевич зевнул один раз, другой и спать завалился.