Команда спрыгнула с сёдел, и мы вошли в деревню, оставив Арахнотанка за воротами.

Улицы были узкими, вымощенными булыжником, местами покрытым мхом и грязью. Гоблины сновали туда-сюда, занятые своими делами: одни тащили корзины с овощами, похожими на синие картофелины, другие ковали оружие в открытых кузницах, где искры летели во все стороны, а третьи чинили телеги, громко споря о том, как лучше закрепить колесо. Воздух наполнял звон молотов, запах кожи, горящего угля и травяных отваров, которые варились в котлах у домов.

Дома были невысокими, сложенными из глины и камня, с кривыми соломенными крышами, украшенными костями и рогами. Некоторые стены были расписаны грубыми рисунками: сцены охоты, сражения с чудовищами или просто гоблины, пьющие что-то из огромных кружек.

В центре деревни стояла статуя гоблина-воина из тёмного камня. Он держал копьё, а у его ног, чуть в отдалении, горел небольшой костёр, вокруг которого играли дети-гоблины. Их зелёные лица были перемазаны сажей, а глаза блестели.

— Это что, их местный герой? — любопытно сказал Димон, кивая на статую.

— Похоже, — задумчиво сказала Ауриэль. — У них явно есть своя культура. Это не просто дикари.

— Культура, говоришь? — хмыкнул Димон. — Может и так. Тут всё совсем не так, как я ожидал.

Внезапно к лучнику вдруг подошла огромная гоблинша, выше его на полголовы. Или это уже была хобгоблинша? Её тёмно-зелёная кожа блестела на солнце, а на плечах красовались татуировки в виде змей, обвивающих кости. Она остановилась перед Димоном, её глаза осмотрели его с головы до ног, и она широко ухмыльнулась, показав острые зубы. Её взгляд задержался на шраме, пересекающем его лицо.

— Эй, красавчик, — игриво сказала она с кокетливой ноткой. — Такой шрам! Обожаю! Не желаешь заглянуть в гости к даме, которая понимает толк в истинных сражениях?

Димон замер, его ухмылка медленно сошла на нет, а лицо вытянулось. Он кашлянул, отступил на шаг и почесал затылок, явно не зная, как реагировать.

— Э-э, спасибо, подруга, но я пас, — неловко сказал он, его глаза метались по сторонам, ища поддержки.

Гоблинша расхохоталась и хлопнула себя по бедру, отчего её татуировки задрожали. Она покачала головой и ушла, покачивая бёдрами, напевая что-то себе под нос.

Мы с командой не сдержали смеха, даже Юки слегка улыбнулся.

— Дим, слушай… — сказал я, ухмыляясь. — Может, останешься? Тебе тут явно будут рады!

— Ха-ха-ха, Да идите вы в пень! — буркнул Димон, но его глаза блестели от смеха. — Я ещё не настолько отчаялся. И вообще, я больше по… ну, по нормальным девчонкам.