— УУУУУУУУФ! — выдохнула Катя, когда Арахнотанк приземлилась.

— Это точно, — хохотнул я. — Вот тебе и уууф.

Я продолжил тренировку, пробуя более сложные манёвры. Я направлял паучиху к узкому ущелью, где она ловко пробежала по отвесной стене, цепляясь лапами за трещины в скале. Её движения были такими точными, что я невольно задумался: может, она и правда не просто ездовой зверь? Может, в ней есть что-то большее, какая-то связь с Авалоном или даже с чем-то за его пределами? В тот раз я не придал этому значения, но ведь Сунь Укун похлопал её по морде и явно порадовался за паучиху.

Когда мы закончили, и я спрыгнул, сразу заметил, что Милена держится в стороне. Она сидела на камне, глядя на равнину, её зелёные глаза были пустыми. Явно пыталась казаться равнодушной, но я видел, как её плечи напряжены, а губы сжаты.

К ней подошёл Димон, его шрамы дрогнули, когда он улыбнулся.

— Что интересно просто сидеть? — шутливо сказал он, присаживаясь рядом.

Милена фыркнула, но её губы дрогнули в лёгкой улыбке.

— А что? — ответила она, но в голосе не было прежней резкости.

— Давай-ка разомнёмся, — предложил Димон, вставая и выхватывая кинжалы. — Спарринг, один на один. Или слабо?

Милена вскинула брови.

— Слабо? — насмешливо сказала она. — Смотри, чтобы потом не ныть.

Они отошли на открытую площадку, и я услышал звон металла, когда их клинки сцепились. Димон двигался быстро, его движения были резкими, но точными. Милена не уступала, её клинки сверкали, отражая отблески огня, а она сама двигалась с кошачьей грацией, уклоняясь и нанося удары. Они кружили, обмениваясь выпадами, и я заметил, как Милена начала улыбаться, будто спарринг помогал ей выпустить пар. Димон подначивал её, то и дело бросая шуточки, а она отвечала колкостями, но в её голосе чувствовалась лёгкость, которой раньше не было.

Знала бы она, что Димон с кинжалами на «вы».

Олеся, сидевшая у костра, подбрасывала ветки в огонь. Она то и дело бросала взгляды на Димона и Милену, и я видел, как её пальцы сжимались сильнее, чем нужно. Что-то её явно беспокоило.

Катя проследила за направлением моего взгляда.

— Жень, — тихо сказала она, кивая на Олесю. — Заметил, да?

Я посмотрел на Олесю, потом на Димона и Милену, которые продолжали спарринг.

— Из-за Димона, да? — спросил я, нахмурившись.

Катя кивнула, её взгляд стал серьёзнее.

— Слушай, после Тула Олеся изменилась, — спокойно сказала она. — Ты сам ей тогда всё разложил по полочкам, и она начала работать над собой. Скажем так, её позиция очень сильно изменилась. Но вот Дима… Он от неё отстранился. Не знаю, из-за чего, но она это чувствует.