Я сцепил руки перед собой.
— Тёмные, мать их. Это — Тёмные? Убили пару паршивых овец, так все тут же начали ныть и устраивать революцию? Что ж, хорошо; сейчас у вас есть два варианта, бизоны: либо вы продолжаете служить Культу и мне — и стараетесь сделать хоть что-то, чтобы выжить — либо же присоединяетесь к этой тихоне, которой нужен дебильный БДСМ-прикид, чтобы хоть как-то оправдать свою принадлежность к тёмной стороне этого города. Что выберете, бизоны? Может, задумаетесь, куда именно вас гонят?
Челюсти у стоящих в переднем ряду отвисали; я прошёлся взглядом по вчерашней девице, наезжавшей на Славика, на трёх её кавалеров. Судя по обрывкам фраз, что долетали до меня, больше всех толпу поразило то, что я спокойно разговариваю с Вивианной в таком тоне.
Впрочем, не только. Мой ультиматум подействовал, и некоторые из стоявших рядом с Вивианной начали бочком-бочком отходить от неё, стараться оказаться в другой части зала… толпа быстро меняла свою форму; вскоре рядом с девушкой осталось только полдесятка типов, волками глядевших на меня.
Очевидно, самые тупые.
Что ж, кажется, у меня получилось.
Многие всё ещё не видят во мне лидера по-настоящему, и всё-таки этими словами я прибавил себе очков авторитета. Раскол, предложенный Вивианной, сейчас не поддержат; все понимают, что это приведёт к кровопролитию. Я же, с другой стороны, это кровопролитие предотвратил, показав себя жёстким, но разумным лидером.
Хм. А я, походу… хорош.
Вивианна стояла, прикрыв глаза. Кажется, ей сейчас тоже предстояло принять нелёгкое решение. Пойти против меня — остаться в меньшинстве. Согласиться — забыть про самоуважение.
Тем не менее, что-то выбрать было нужно.
— Что ж… — медленно, осторожно проговорила Виолетта. — Ваши слова, лидер…
Я кивнул. Разумеется, она не за меня. Но пока будет делать вид, что за меня. Нужно только держать глаза открытыми, чтобы не пропустить момент, когда она ударит в спину, и…
— Вы слышали Лидера! — неожиданно раздался позади громогласный рёв Кавадзаки (вот уж у кого точно получалось греметь по всему залу). — Исполним же его волю!
…а затем всё завертелось — быстро и неотвратимо.
В первые секунды ни я, ни другие даже не поняли, что происходит. Затем кто-то крикнул, дёрнулся, промелькнула какая-то смутная тень…
— Нас подставили! — заорал кто-то, судорожно проталкиваясь к двери. А в другой части зала вновь мелькнула тень — и тут же на пол повалилась фигура… нет, две.
Ещё один убитый захрипел, схватившись за перерезанное горло, и только в этот момент (с крика Кавадзаки прошло не больше пяти секунд) до меня дошло, что происходит.