Фадеев сжал кулаки и закончил:
— Я говорю вам чётко и недвусмысленно, Матвей, — он замолк на секунду. — Я клянусь в этом здоровьем моей дочери, если не остановить того человека, его деятельность приведёт к новой войне. Финальной. После которой останутся только зола и спёкшаяся земля.
Мы молчали больше минуты, каждый думая о своём.
— Если вы согласитесь помочь, уголовное преследование в отношении вас будет прекращено, и я лично гарантирую безопасность вашей сестры.
Ощутив вновь зарождающуюся в глубине злость, я поймал его взгляд, но наткнулся на обезоруживающую улыбку.
— Вы не поняли. Это не угроза. В случае вашего участия противник может попытаться использовать её против вас. Именно поэтому ей потребуется защита. Однако даже если вы откажитесь, я позабочусь, чтобы с Лесей ничего не случилось. Слово офицера.
Чутьё опять промолчало. Он не лгал. С самого начала нашего разговора, если быть точным.
— Последнее. Если для того, чтобы заручиться вашей помощью, мне придётся подвергнуться вашему дару, я готов. Заставьте меня рассказать вам правду, если не верите.
Он произнёс это недрогнувшим голосом, но всё же я ощутил где-то очень глубоко сомнения. Что там навоображал себе полковник сказать было сложно, и всё же он был готов сунуть голову в петлю ради дела.
Когда речь шла о безопасности Леси, я не мог рисковать, а потому активировал Прикосновение покаяния и протянул к нему руку. Собеседник на миг напрягся, когда мою кисть окутал мерцающий белый свет, но всё же не отшатнулся. Позволил коснуться своего виска.
'Никифор с детства хотел стать таким же, как его отец. Высоким. Храбрым. Честным. Когда тот надевал парадную форму, маленький Никифор заворожённо смотрел на блестящие пуговицы, погоны, аксельбанты и ордена. Смотрел и представлял, что однажды и сам будет достоин подобного.
Две мантры вдолбил в его голову отец. Мерило мужчины — это его честь. Дал слово — держи, пообещал сделать — умри, но сделай. Иначе однажды посмотришь в зеркало и не узнаешь в нём себя.
С подобными установками ему было нелегко идти по жизни. Принципиальный правдоруб многим наступал на больные мозоли. И тем не менее он шёл вперёд, не склонив головы.
Жизнь показала, что военная служба — это не только торжественные парады и фейерверки. Это умирающие на руках друзья. Порой глупые и бессмысленные приказы. Ошибочные разведданные. Некомпетентность штабных. Напрасный риск. И в то же время беспрецедентный героизм соратников. Преодоление собственных границ. Побеждённый страх. Спасённые жизни невинных. Безграничная благодарность в их глазах.