Избежать обнаружения, когда ты видишь противника сквозь стены гораздо проще. Тем более, что в эту минуту им банально не хватало численности, чтобы охватить всё пространство и не оставить мне лазеек.
А потом я заметил дюжину офисных работников, сгрудившихся в одном из закрытых кабинетов. План родился на ходу. Доспехи исчезли в Кармане. Снова пришлось надевать костюм.
— Полиция! На пол! На пол, я сказал! — ворвавшись заорал один из людей в балаклаве.
Забившиеся в офис люди закричали, падая на сомнительной чистоты ковролин. Боец тщательно осмотрел их, держа на прицеле, коротко допросил и развернулся к напарнику.
— Проводи их. Только быстро! Одна нога здесь, другая там!
— Не лезь без меня! — строго рявкнул второй. — А вы за мной!
Люди, решившие, что они здесь заложники, шустро побежали за бойцом в униформе.
Я наблюдал за всем этим, стоя всего через несколько тонких гипсокартонных стен, и, дождавшись, когда СОБРовец промчится мимо, вынырнул вслед за последним гражданским.
Те выглядели настолько ошалевшими, что даже не заметили, что вместо дюжины их стало тринадцать. Ну а без доспехов, в белой рубашке и штанах, попробуй меня отличи от обычных офисных сотрудников.
По лестнице нас погнали всё быстрее вниз, придав дополнительное сопровождение. Уже через десять минут наша группа выбежала в темноту города и была выдворена за кольцо оцепления.
Аккуратно отделившись, я шагнул прочь от толпы и побрёл в сторону метро. На душе царило опустошение пополам с удовлетворением. Мне не терпелось посмотреть, что произойдёт завтра.
Гулко простучали ступеньки под ногами. Подземный переход встретил меня запустением. Даже городского музыканта не оказалось на месте. Снова топот. Ускоренный. Целенаправленный.
Крутанувшись, я увидел мужчину средних лет. Залысины. Обычная непримечательная внешность. Обычный пистолет, направленный мне в лицо.
— Попался, голубчик, — довольно протянул тот с некоторой одышкой.
— Вы, кажется, ошиблись, — спокойно заметил я.
А внутренне стремительно анализировал сужающиеся варианты.
— Грустно, товарищ рыцарь, — вздохнул неизвестный. — Места преступления оставляем за собой какие-то фантасмагоричные, а при задержании ничего нового. Ни малейшей выдумки! Я не я, и лошадь не моя.
— Как вас зовут? — игнорируя сказанное, спросил я.
— Следователь Никитин Фёдор Иванович, — заученно отозвался он. — Давай-ка, рыцарь, на колени, руки за голову.
— Нет, — после короткой паузы, твёрдо произнёс я.
Полицейский недоумённо сощурился.
— В смысле «нет»? У меня пистолет. Не дури.
— Не имеет значения. Нет.