— Именно на это я и пытаюсь намекнуть вам последние четверть часа, — обнажил губы в улыбке Миша.

— Я тебя понял,- устало прикрыл глаза генсек, — давай лучше про текущую обстановку — где это мы сейчас проезжаем?

— Станция Геншаб, — сообщил помощник, — далее, судя по той схеме, которую мы с вами вместе рассматривали, должна быть Рижская, а потом и ВДНХ…

На станции горели такие же лампы дневного света, что и на Кремлевской, а народу совсем не никого не было.

— Что-то у меня такое впечатление, — заметил между делом Романов, — что мы двигаемся по дороге мертвых прямиком к Стиксу… знаешь, что это такое?

— Изучал в университете, как же, — отозвался Миша, — река в древнегреческой мифологии, которая отделяет мир живых от мира мертвых… через нее души умерших перевозит Харон. Если не ошибаюсь, Харон перевозил через эту реку не всех, а только тех, кто обрел покой в собственной могиле. И в качестве опознавательного знака легальный умерший должен был предоставить какую-то там ветку, сорванную в саду Персефоны.

— А неплохо вас в универе учили, — одобрил его слова Романов, — Рижскую мы, кажется тоже миновали, сейчас ВДНХ будет?

— Хотелось бы надеяться, — откликнулся Миша, напряженно всматриваясь в лобовое стекло РАФика, — что это будет Выставка достижений… хотя вы оказались кругом правы — это она и есть, ВДНХ, — обрадованно сообщил он, затормозив прямо в центре очередной платформы Метро-2, освещенной все теми же мутными лампочками.

— Выходим, — скомандовал генсек, — и поднимаемся на поверхность… тут же Останкинский телецентр недалеко, верно? А нам туда как раз и надо.

Они оба вышли из РАФика на платформу и огляделись по сторонам — слева, по ходу движения, была глухая стена, а вот справа и сзади виднелась какая-то лестница.

— Похоже, что нам туда, — показал пальцем на лестницу Романов, — странно, что нигде ни души нет, правда? — обратился он к секретарю.

— Самому это странным показалось, — поежился он, — ну бог даст дальше живые души появятся…

И они двинулись по направлению к лестнице и далее… через три поворота их взорам представился гермозатвор, перекрывающий доступ в метро в чрезвычайных ситуациях. Здоровенная такая металлокерамическая дура, выползшая из одной стены и доползшая до другой.

— Похоже, что дальнейшая дорога перекрыта, — произнес генсек, потрогав холодный бок этой металлической преграды, — какие будут мнения?

— Тут должна быть какая-нибудь кнопка, убирающая гермозатвор, — выдал умную фразу Миша, — я могу поискать.

— Давай вдвоем поищем, — согласился Романов, — ты справа смотри, я слева…