— В общем, слушай Григорий, — произнёс глава рода, пригубляя крепкий кофе из чашки поставленной перед ним улыбчивой офис-менеджером в строгой белой блузке и обтягивающей юбке-карандаш, — ты помнишь нашу работу по Вяземским? И неприятный конфуз с твоим подчинённым, Можаем — насколько помню, и его соседкой.
— Помню, — кивнул директор по связям, — но там мутное дело. Никогда их вдвоём не замечали, и тут вдруг они решили заняться сексом да ещё и в каких-то гаражах, как будто им кто-то мешал делать это в собственных квартирах.
— Мутное, это ты правильно сказал, — кивнул Трубецкой, — но это уже не столь важно, как и почему они там оказались. Главное, мне сейчас звонили с канцелярии, и прямо сказали, что в этом убийстве замешаны Вяземские. Их рук дело.
— Вот сволочи, — выругался Григорий, — девчонке то всего-ничего было, да и маг она очень посредственный была.
— Сильно они нам отомстить хотели, — произнёс глава рода, — но ничего, император ясно своё неудовольствие таким беспределом высказал, и нам обещан полный карт-бланш в действиях против Вяземских.
— А помощь? — поднял голову директор по связям, быстро делая пометки в блокноте.
— Нет, было чётко обозначено, что мы должны самостоятельно эту проблему решить. Но в средствах можно особо не стесняться, главное сильно не шуметь.
— Понял, Сергей Евлампиевич, — кивнул Григорий. Затем спросил:
— Сколько даёте на проработки первично плана?
— Сутки. Затем соберёмся здесь у меня и уже тщательно всё обсудим.
Полковник полиции Плотников Василий Андреевич обладал обширной негласной сетью агентов, никак не включенных в официальный агентурный аппарат и уж тем более не проходящих в группе регистрации управления, и поэтому знал куда больше, чем представлял куратор от имперской канцелярии и сейчас, получая сообщения от агентов он уже видел, как два рода начинают накапливать силы для войны, столкнутые лбами, и едко и довольно улыбался. Пусть раньше, чем они были готовы, но это началось, оставалось лишь, как только начнутся боевые действия, не дать им заглохнуть, и вовлечь как можно больше участников, чтобы процесс стал неуправляемым и тогда… Тогда, возможно, всё поменяется. Но об этом думать было слишком рано и слишком опасно, и полковник привычно очистил свой мозг, заполняя его обычными рабочими вопросами.
То, что Алиса так уверенно говорила Безменову, на самом деле такой уж аксиомой не являлось, просто потому, что идея была спонтанной и рождённой, что называется, на коленке.
О том, с каким количеством подводных камней она столкнётся, девушка просто не представляла.