Кинжалом мне приходилось действовать нечасто: у богов есть оружие покруче. Но практика имелась. Куда без неё? Так что соперника я не то, чтобы не опасался — только дураки и мёртвые не знают осторожности — но в своей победе не сомневался.

Когда бритый приблизился на пару метров, я сделал скользящий шаг вперед, не сводя глаз с направленного на меня кинжала, а затем открылся, соблазняя противника на атаку. Пусть он примет это за неопытность подростка. Наверняка ведь думает, что у меня поджилки трясутся от страха.

Купившись, соперник метнулся ко мне и сделал резкий выпад вправо. Как же ему не терпелось со мной покончить! Видимо, призрак свободы так и маячил перед ним, словно кусок мяса перед несущейся к финишу гончей псиной на собачьих бегах.

Подавшись вперед, я без труда уклонился, сделал обманное движение и атаковал бритого в грудь, метя прямо в сердце.

Надо отдать ему должное: он среагировал очень быстро, почти мгновенно. Отступил в сторону и тут же ударил в плечо.

Хороший ход. Если лишить врага возможности держать оружие правой рукой, получишь преимущество.

Отбив лезвие, я шагнул влево, слегка присел и прыгнул, направив кинжал противнику в бок.

Он крутанулся, выставляя защиту, и попятился, чтобы разорвать дистанцию.

Осторожный боец. И не слишком в себе уверенный. Явно его натаскивали на эту схватку, но прежде мужик боевого опыта не имел. Это бросалось в глаза. Им двигало больше желание победить, чем опыт. Поэтому он и бросился сразу в бой, стараясь завершить поединок как можно скорее.

Я сделал приглашающее движение клинком. Мол, вперёд.

Но бритый больше не хотел атаковать. Он предпочёл пройти вправо, чтобы вынудить меня напасть.

Что ж, как угодно.

Я метнулся к сопернику и сделал три быстрый выпада, метя в разные части тела. Бритый блокировал два легко, а последний — с трудом. В его глазах мелькнул страх. Повинуясь ему, он атаковал меня коротким ударом в лицо.

Отбив его руку вверх, я врезал кулаком по рёбрам. Удар получился на удивление сильным: бритый согнулся и сделал два шага назад, выставив перед собой кинжал, словно жало.

Мы настороженно закружили по арене, не сводя глаз друг с друга.

Я мог бы прикончить бритого быстро — это уже было понятно. Но не хотел показывать слишком большое мастерство владения оружием. Я ведь понятия не имел, какие здесь предъявляются ожидания к подросткам. Следовало пройти по краю — победить, но так, чтобы присутствующие решили, будто мне чуть ли не повезло.

Потеряв терпение, мой соперник устремился вперед и сделал длинный выпад, целя в корпус.