А ещё он полз не в сторону святилища, а куда-то влево. И чем дальше он уползал, тем сильнее я волновался.

С одной стороны, хорошо — чем дальше он от меня, тем ниже шанс, что мою засаду раскроют. С другой, плохо — чем дальше он от меня, тем ниже шанс, что я попаду стрелой.

Когда разбойник отполз где-то на тридцать шагов, скрывшись за кустарником, я решил сменить место наблюдения. Но не успел я шевельнуться, как где-то в той стороне, куда уполз разбойник, приглушённо хрустнула ветка.

Я замер, обратившись в слух.

Это точно не егерь, он бы не допустил такой оплошности. Значит, либо разбойник, либо лесоруб.

Меня так и подмывало аккуратно сместиться в сторону, чтобы посмотреть, что происходит за кустарником, но я взял себя в руки и остался на месте.

И, как оказалось, не зря.

Сначала я услышал ещё один хруст ветки, а затем около кустарника появился здоровенный бородатый детина в крестьянской рубахе.

Он зло сплюнул и замахнулся топором.

— Не-ет! — заорал разбойник. — Не надо!

Лесоруб же отчего-то не спешил обрушивать свой топор. Пошатнувшись, он с удивлением посмотрел на появившийся у него из груди стальной наконечник и неуверенно повернулся.

Я не услышал свиста стрелы, зато увидел, как она пробивает шею лесоруба.

Выронив топор, он схватился за рану и попытался вырвать из своего горла вонзившуюся туда стрелу.

Силушки дровосеку было не занимать, и он с лёгкостью вытащил её. Вот только следом ударил такой фонтан крови, что он сделал несколько шагов и рухнул на землю.

Разбойник, который прекрасно всё видел, тут же заткнулся. Спустя несколько мгновений, я увидел, как он на четвереньках продирается сквозь кусты.

С одной стороны, он всё делал правильно — бежал в противоположную от лучника сторону. С другой — он двигался прямо на меня.

Несмотря на то, что правая нога его практически не слушалась, полз он достаточно быстро. Вот только стрела оказалась быстрее.

Невидимый мне стрелок пришпилил его к земле где-то в десяти метрах от меня.

Разбойник захрипел, попытался перевернуться на спину, но не смог.

Я находился в десяти метрах, но хорошо слышал его хриплое дыхание и ругательства, адресованные всем вокруг без исключения.

И королевским егерям, и этому лесу, и даже самой жизни.

Я же молча ждал, когда лучник пойдёт собирать стрелы.

Стоять без движения было неудобно, но, спасибо Шань Ло, мне было это привычно.

Единственное, что изменилось — моё сердцебиение участилось.

Я понимал, что у меня будет лишь один выстрел. Или я попаду в егеря первым, или он меня подстрелит.

Если я правильно понял, он, как и я, сидел в засаде. Ну или следовал за дровосеком. И это неудивительно — крики разбойника не слышал только глухой.