Вася прикинул свое расположение и учеников так чтобы гарантированно накрыть все четыре пулемета, а заодно прикрыть наше выступление, и отправился размещаться на позиции.
Мы же собрались в колонну, пленные и бравые комрады из СС и двинулись по дороге, бодро насвистывая Дойче зольдатен, унтер официрен.
При чем свистели не только конвойные, но и пленные.
Пришлось обозвать последних несколькими грязными ругательствами и приказать заткнуться.
Неподалеку от ворот нам навстречу вышло три литовца.
Я навел на них МП 38 и сказал грозно:
— Сдать оружье, рюсский швайн.
Главный из них со знаками различия капитана неумело прозиговал мне и крикнул радостно:
— Хайль Гитлер. — и затем путаясь в немецких, русских и литовских словах начал сбивчиво объяснять про то что они бравые солдаты Свободной Литвы помогают доблестным немецким солдатам освобождать Прибалтику от большевистских орд.
Немецкое командование поручило им охранять советских военнопленных под руководством обершарфюрера Шмульдца, который изволит отдыхать в палатке…
Я презрительно махнул рукой и сказал:
— стоп болтать, литовски уньерменш, принимать своих пленный рюсски унтерменш, служить Великий Дойчланд, звать ленивый свинья Шмульдц делать документ.
Пять рюсски по дороге вспомнить храбрость и умереть героями, делать рапорт.
Один из литовцев ринулся к палатке.
Эпизод 2
7
13.2011.07.41
Я ещё раз громко на весь лагерь крикнул по-немецки про ленивую свинью обершарфюрера Шмульдца.
Выскочивший из большой штабной палатки унтер-офицер был толстоват, лысоват и куда больше был похож на нечистое у мусульман животное чем на образец истинного арийца.
Поэтому он сильно разозлился и собирался хорошенько наорать на младшего по званию комрада, посмевшего его оскорбить.
Едва он приблизился ко мне на пару шагов, как я отправил руку вверх в презренном жесте и заорал непростительное приветствие:
— Хайль Гитлер.
Спустя секунду донеслись глухие выстрелы, и с вышек начали сыпаться спелыми яблоками немецкие пулеметчики.
Фашисты и к ним примкнувшие схватившись за оружие принялись растерянно и испуганно озираться, а мы короткими точными очередями стали восстанавливать советскую власть на конкретном участке литовской земле.
Благодаря неожиданности и прикрытию снайперов даже без потерь.
Несколько свежих братьев по Союзу успели бросить оружие и поднять руки с криками:
— Нас заставили, да здравствует СССР, товарищ Сталин…
— и товарищи Берия с Аббакумовым, — не мог не согласиться я.
— Литовская армия свободы или Литовский фронт активистов? — спросил я с интересом, вспомнив историю прибалтийского восстания.