Когда из леса к нам стало выходить подкрепление освобождённых пленных, я скомандовал «огонь» и застрелил командира колонны короткой очередью из МП-38. За ним в фашистский рай отправился ближайший шофёр, пара охранников, и тут выяснилось, что один момент я совсем забыл предусмотреть:
подкрепление было из «новичков» и наших"старичков" по лицам они ещё не успели изучить.
В кого им стрелять они не понимали, хорошо ещё что не стреляли во всех подряд.
— Наши в форме СС, фрицы в форме Вермахта, — завопил я во всю глотку, стараясь перекричать звуки боя.
Мою команду подхватили партизаны, передав по цепочке «новичкам».
На будущее конечно нужно как-то отделять своих от чужих.
Будёновки надевать что ли, или красные банты на плечо.
Один из бензовозов загорелся от попавшей в него случайной пули, а затем рванул, распространяя вокруг волну нестерпимого жара.
К выстрелам и крикам раненых добавились отчаянные вопли обожженных и сгорающих заживо людей.
Я отбежал в сторону, чтобы не пополнить их число, затем обернулся и стал короткими очередями выбивать фигуры в форме Вермахта.
Одна из ответных пуль попала в меня, но не отправила на перерождение, а всего лишь ранила в руку. Резкая боль заставила меня вскрикнуть, покачнуться и… все.
Собрав волю в кулак, я продолжил бой и убил ранившего меня фрица, затем подстрелил ещё парочку. Рана вызвала у меня некоторую слабость, но продолжать бой пока не мешала.
Враг, увидев наше подавляющее превосходство, начал отступать вдоль дороги.
— Нельзя им дать уйти, иначе они расскажут про наш секрет с блокпостом.- закричал я. — Преследуем до последнего.
Но в этот момент выяснилось что к немцам подошло подкрепление, при чем очень большое подкрепление, несколько сотен солдат с пулеметами и минометами.
— Это пи….ец. — сказал я, поднимая пистолет-пулемёт и выпуская во вновь прибывших длинную очередь.
Эпизод 42
19.07.41 г. 14.00
Штольке прибыл в Каунас с четырьмя ротами отборных солдат.
Ради быстрой доставки командование расщедрилось на четыре десятка грузовых машин.
Литовский город немецкому офицеру понравился, архитектура напоминала Берлин и Кёнигсберг, двух-трехэтажные дома с красными острыми треугольными крышами, чистые булыжные мостовые, девушки улыбались солдатам рейха искренне и задорно. Штольке, разумеется, был в курсе того что они так же радостно улыбались год назад советским солдатам, но думать об этом в прекрасный солнечный день как-то не очень хотелось.
Пиво в городском кафе было вкусное, местное блюдо цеппелины вполне съедобными, и штурмбанфюрер решил, что Литва ему нравится гораздо больше чем Белоруссия. По крайней мере здесь не было столь бескрайних необоримых лесов, где годами могли прятаться целые партизанские дивизии.