Я верю в вас, ребята. Наше дело правое, враг будет разбит, победа будет за нами. А теперь, как говорили наши предки, с Богом.
Отряд отделился от нас и ушёл в сторону ближайшего лесного массива.
Там они должны были организовать свою временную базу.
Ко мне подошёл Бердыев:
— Не рано отпустили, тащ старшина?
— Самое время, Бердыев, дивизия в тылу очень сильно привлекает внимание немцев. Ещё день-два и фрицы пригонят сюда пару пехотных полков с миномётами и артиллерией и снова разобьют 125 стрелковую дивизию. — ответил я с тяжёлым сердцем. — На этот раз вдрызг. Без шанса на восстановление.
— Тогда наверное нам пора всем рвать когти? — забеспокоился туркмен. — Пока не поздно?
— Обязательно надо, завтра утром, после вооружения на складе, ты со своим отделением выдвинешься и… — тут я открыл карту. — начнёшь контролировать это шоссе, прячась в этом, этом или этом лесном массиве.
— А как же вы, тащ старшина? — забеспокоился Бердыев.
— Из дивизии, из трех тысяч, после разгрома уцелеет человек триста. Моя задача их сохранить, уберечь, спрятать от немцев, организовать, затем разделить еще на три партизанских отряда. — объяснил я суровую военную прозу.
— Может быть лучше я с вами, а Торопова на дорогу нацелим? — предложил туркмен.
— Ты уже готов к самостоятельному командованию, Бердыев, ты умный и осторожный, а сержант Торопов еще слишком нуждается в приказах сверху. Недельку ему еще нужно будет пообтесаться прежде чем отправляться в самостоятельное плаванье.
Эпизод 30
2.20 12.07.41
Ночью мы двигались не слишком быстро, хотя и генерал и другие командиры подгоняли свою дивизию как могли. Командами, угрозами, десятиэтажным матом, где-то даже отеческими подзатыльниками.
К сожалению, народ успел очень сильно ослабеть за время бескормицы в плену, да и делать ночной рывок после дневного марша и долгой нелегкой работы на железнодорожных путях солдатам было уже реально тяжко.
Это мои партизаны, поневоле привыкшие каждый день одолевать марафонскую дистанцию по сильно пересечённой лесной местности, натурально кайфовали от движения пусть и ночью, но по нормальной ровной дороге.
Остальным бойцам, не приученным к дальним переходам было невероятно сложно. Они плелись, спотыкались, падали, на морально-волевых и с помощью товарищей поднимались, шли вперёд, снова спотыкались и опять падали.
Ближе к четырём часам утра возникло твёрдое понимание, что дивизия категорически не поспевает к складам округа к утру.
Больно уж много раненых, ослабевших и барахла на телегах. Всё это сильно задерживало продвижение.
На коротком совещании, устроенным прямо на ходу, было решено двинуть вперёд усиленный отряд для захвата складов: