Оставшиеся партизаны сражались отчаянно, не стремясь сохранить жизнь и попасть в плен.
Здесь штурмбаннфюрер мог лишь материть камрадов из концлагерей.
Зачем измываться над пленными так что они, рискуя жизнью, всеми силами стремятся убежать из лагеря и в случае успеха готовы сражаться насмерть, лишь бы не попасть в него снова.
Уничтожение остатков партизан стоило Штольке ещё восьмерых солдат и слава фюреру, что только трое из них были потеряны убитыми.
Радиограмма из штаба похвалила штурмбанфюрера за успешный разгром партизанского отряда ( в своих донесениях Штольке невольно следовал советам русского полководца Суворова и довольно сильно приукрашивал потери красных. Заботился не только о себе, но и о подчинённых: щедрее будут награды. Кто потом захочет бегать по лесам и считать этих мёртвых партизан? Сотней больше, сотней меньше.) и дала новое задание: бригада железнодорожников вместе с охраной, посланная на дрезине для ремонта путей куда-то пропала.
Нужно было срочно выяснить их судьбу, и если причиной их исчезновения являются партизаны, то новой задачей отряда станет найти этих лесных разбойников и уничтожить.
Штольке, до этого момента очень надеявшийся на отдых в нормальных человеческих условиях, почувствовал сильную пульсирующую головную боль в районе висков.
— Гюнтер, — попросил он своего адъютанта. — дай мне пожалуйста свою флягу со шнапсом. Мне сейчас крайне необходимо немного выпить.
Адъютант с удивлением вытаращился, он был в курсе что командир принципиальный трезвенник и спортсмен, и поэтому старался получше прятать от штурмбанфюрера спиртное.
Оказалось, что командир в курсе его захоронки.
Штольке отхлебнул большой глоток, сморщился, выдохнул и мрачно сказал, совершенно неожиданно для окружающих и самого себя:
— Зря мы пришли на эти бескрайние варварские земли. Проклятые красные нас здесь всех похоронят.
Алкоголь неожиданно быстро помог, голова перестала болеть.
Его подчинённые смотрели на него с удивлением и испугом. До этого момента Штольке был образцом веры в гений фюрера и величие немецкого народа, и никогда не высказывал сомнений в положительном для Германии исходе войны.
— Если конечно мы сами их всех первыми не похороним. — добавил он с дикой усмешкой. — Вперёд, камрады, нас ждут новые партизаны, чтоб их черти драли. Каждый из нас кто выживет получит по наделу этой чертовой земли.
И если вам достанутся лесные угодья, прошу вас, мои арийские братья, порубите их под корень.
Эпизод 32
Как говорят в народе: Долгие проводы — горькие слёзы.
Поэтому я не стал затягивать расставание со 125 дивизией и ее бодрым генералом, а крепко и сердечно пожал всем командирам руки, с Богайчуком даже обнялся на прощание,пожелал удачи и отправился вместе со своим отрядом в сторону до сих пор не взорванных мостов через реку Неман.