— Бывает, — пожал плечами и обвёл взглядом зал. — Слушай, а инженеры с руками здесь есть?

— С какой целью интересуешься?

— Да ремонт своими силами хочу сделать, а то на местной рембазе заломили ценник.

— А ты…

— Кэп с «Резкого», с того самого грузовика, требующего ремонта, — после моих слов в глазах бармена добавилось уважения.

— Так заказывайте «Мэри», курите сигару и вперёд! Почти все здесь инженеры-механики с тем или иным опытом, за исключением пилотов — они сейчас пул оккупировали, а дама, — он кивнул на залипшую в коммуникатор женщину, — навигатор.

— В общем, выбор есть. Это хорошо… Я позже за людьми зайду, когда будет понятно с оборудованием, а то пока ремонтировать нечем.

В этот момент в бар зашёл невысокий человек. Помятый, в пятнах от машинного масла комбез, загруженный вид… Ни на кого не глядя, он сразу направился к дальнему столу в углу, провожаемый внимательными взглядами посетителей.

— А вот и ваш коллега. Тот кэп, что набирает экипаж, — бармен взял меню и направился в след за Антуаном Дюпором. Я подумал, цапнул бокал с пивом и последовал за барменом.

— Пообщаюсь с коллегой, — с улыбкой пояснил бармену, принявшему у Антуана заказ и возвращавшемуся к себе за стойку.

— Ну, здравствуй, Антоха, — я присел к нему за столик. — О, знакомая сигара!

Антуан, доставший из кармана кубинскую сигару, быстро спрятал её обратно.

— Ты же… Но как ты выжил?!? — ошарашенный вид капитана «Ласточки» особенно доставлял. — И, всё-таки, спецназ, — выдохнул он и вдруг подскочил, опрокинув стул. В отчаянной попытке рванул на выход, но покатился по полу, споткнувшись о мою выставленную ногу. Вот ещё, бегать за этой крысой!

Приподнял его за шкирку, встряхнул.

— Без глупостей! Понял? Кивни, если понял… Молодец! — я приобнял его за шею и направил к дверям. — Давно не виделись, верну попозже, — объявил во всеуслышание, прежде чем мы покинули бар.

В общем, пока мы добирались до «Ласточки», обошлось без мордобоя. Разместились в рубке, продолжив тёплое общение. Дюпор так перепугался, что выкладывал всё, как на духу, стоило мне только в очередной раз приподнять бровь и полюбоваться на мономолекулярный нож в руке. В итоге я обогатился на знание контактов заказчика и поставщиков контрабанды, вернул свои вещи за минусом трёх погибших от огня кубинских сигар, а также стряс свою недополученную зарплату и стоимость тех самых сигар по аукционной цене годичной давности. Как ни душила Антуана при этом жаба, но выплатил наличкой всё до последнего креда, даже не пикнул.

— А что теперь со мной будет? — нерешительно спросил он, когда я направился со своим чемоданом на выход.