Андрей почесал затылок и спросил:

— Тиша, не хочешь сборщиком поработать? Пока четвёртого в пару Роме не найду?

Тот поморщился и согласился с крайней неохотой.

— Если только на время, на мне и так весь учёт. Это сейчас каникулы, а так-то я в техникуме на бухгалтера учусь.

— На время, само собой, — уверил его Фролов и махнул рукой. — Серый, наливай!

Я дошёл до стола, взял две семисотграммовые банки, обернулся и спросил:

— Тиша, пиво будешь?

— Не! — замотал головой Толстый, оттянул рукав клетчатой рубахи и посмотрел на часы. — Я сегодня со своей в кино иду. По газировке вдарю.

Мы с Андреем настаивать не стали, резонно рассудив, что нам больше достанется, и начали собирать диван. Как я и предполагал, дело это оказалось не слишком сложным, да и Фролов уже успел руку набить, так что работа шла споро, а попутное употребление пива на её скорости нисколько не сказывалось. Тут вставить, здесь забить, где-то натянуть, что-то ввинтить — нормально.

— Тиша, комплектов много осталось? — спросил Андрей некоторое время спустя.

— Могу посмотреть, — отозвался Толстый, который увлечённо шуршал страницами газеты и даже делал какие-то пометки в блокноте. — Там ещё кухни и стенки привезли, так сразу не скажу.

— Глянь потом. Пока не горит.

Постепенно начало смеркаться, и мы включили свисавшую на проводе с потолка стоваттную лампочку, а там подошли Лёня Гуревич и Саша Романов, которые сначала налили себе пива из дождавшейся их трёхлитровки, а потом расположились перед телевизором и включили игровую приставку.

По пути Рома наступил на пластиковую пробку от бутылки с газировкой и поскользнулся на ней.

— Всё, на пробку наступил! — рассмеялся Толстый.

— И чего? — не поняли мы.

— Примета такая! — пояснил Тихон. — Кто на пробку наступает, то в хлам напивается.

— Да я не против! — рассмеялся Рома. — Только с чего тут?

И в самом деле — Романов тот ещё шкаф и печень прокачана; даже если всё оставшееся пиво в одного выпьет, и то сильно не захмелеет. А каморка с ромом на замке.

— Рома, в водители пойдёшь? — спросил Фролов. — На «буханке» сахар и мебель по точкам развозить.

— А что по деньгам?

Андрей указал пальцем на Лёню, но тот пошёл в отказ.

— Не, Дюша, это с папой обсуждай.

Рома пожал плечами.

— Пойду, всё лучше, чем с мебелью мудохаться.

— Развоз дополнительно к сборке, — пояснил Андрей.

— О! Так денег больше будет? Я согласен! — оживился Романов, допил пиво и поднялся с дивана. — Пацаны, не теряйте! По такому случаю сбегаю соточку накачу, пока кафетерий не закрылся.

— Ну точно на пробку наступил! — усмехнулся ему в спину Толстый и разложил на столе газету. — Слушайте, а может компьютерами начнём торговать? Четыреста восемьдесят шестые как машина стоят, можно даже не смотреть, но за триста восемьдесят шестые в Москве на этой неделе от двухсот шестидесяти тысяч просят.