— Бр-р, даже страшно от перспектив становится.

— От каких, интересно знать?

— От перспектив быть запертой в башне с большим драконом на привязи.

— А есть дракон на примете? — оживился Владимир, заработав шутливую затрещину.

— Тьфу на тебя. — рассмеялась Настя. — У тебя хватит ума автоматическую башню воткнуть для отстрела рыцарей, чтобы они к дракону не приставали, а мне вручить мокрое полотенце отгонять самых непонятливых. Мне другое интересно, прости, что опять о приземлённом, как с такими вводными данными твой отец набрался наглости ехать в Н-ск?

— Должен указать на ошибку в твоих умозаключениях. Настоящее чудо заключается в том, что мачеха переступила через себя и решила искать помощи у ненавистного пасынка.

— Не отец? — удивилась Настя.

— Смеёшься, — грустно улыбнулся Владимир, — господин Чаровников давно и прочно сидит под каблуком, просто мадам Диана умело пользуется длиной поводка и не доводит папаньку до каления, чтобы бойцовская собака не набросилась на хозяина. Лесть, ласка и умение воспеть достоинства, закрыв глаза на недостатки. Случись что-нибудь из них двоих, я бы палец о палец не ударил, но мелкий не виновен в грехах родителей. Повезло мальчишке. Хотя с таким везением… Ну, хоть его любят и то дело.

— Скажи, а почему ты хочешь, ну, — замявшись, Настя принялась теребить носовой платок в руках.

— Избавиться от родственных связей?

— Да.

— Защищаю тебя и пекусь о репутации Их Величеств. Как ты думаешь, как быстро народ прознает о твоих родственных связях? Стоп-стоп, ничего не говори. Поверь мне, месяца не пройдёт, как найдётся какая-нибудь «жёлтая» газетёнка, которая ради хайпа и рейтингов вкинет в массы потрясающую новость: в зятьях у князя Гагарина сын криминального авторитета… и плевать на три боевых ордена с мечами и гражданскую награду у зятька на груди, это никому по большому счёту не интересно. Тебе расписать последующую реакцию или сама додумаешь? Я так и так хотел окончательно отмежеваться от папаши, а тут сам бог велел поспешить с решением вопроса. Вельтполитик, ёкарный бабай… Опережая возможный вопрос о примирении и прощении: при существующих условиях оно невозможно в принципе. Слишком много посуды перебито в прошлом, а жить в опаске и ожидании хомута, который папаша или мачеха попытаются накинуть посредством родства — увольте! Еле-еле Вику отстоял. Пусть живут своим укладом без меня.

— Господи, я никогда не думала, что в жизни такое бывает, — Настя присела Владимиру на колени. — Телесериалы отдыхают.

— Забавно, знаешь что? — Владимир поцеловал усладу очей своих за ушком.