— Догадываюсь, — печально ухмыльнулся Владимир.

— Ты же её не отберёшь. Джу сама об этом говорила. Я доверяю мнению дочери, — маска невозмутимости вновь дала трещину с очередным взглядом в сторону беседки. — Не беспокойся, она ни на что больше не претендует, если ты вдруг об этом, я давно нашёл ей жениха.

— Остаётся вопрос образования и школьного аттестата. До начала учебного года остаётся неделя. В Н-ске я смогу устроить Джу в простую школу, о колледже придётся забыть до следующего года и до переводных экзаменов. Здесь, кстати, надо забрать документы из её старой школы.

— Мы заблаговременно позаботились о них.

— Значит, учитель, вы заранее планировали отправить дочь со мной.

Пётр пожал плечами. Зачем отрицать очевидное?

— Тебе, кстати, не помешает помощница с сертификатом подмастерья дженьцю. Ты же не планируешь закрывать кабинет?

— Разберёмся, — погружаясь в мысли, кому и в какой очерёдности звонить, рассеянно ответил Владимир.

Огнёв подозревал, что спонтанная поездка в Харбин и на родную заставу обернётся очередными изменениями в жизни, но не думал об их крутизне, ведь полуночные гадания на костях молчали о грядущих «коленцах». Теперь хочешь не хочешь придётся погружаться в жизнь Ведагора и других, чуть менее знаковых предков. Прежде, чем учить, учиться придётся самому.

Вике понравился Дальний Восток и Маньчжурия. Дикая природа и сплошное море тайги никого не оставят равнодушным, ещё бы слепней и паутов с комарами поменьше… А тот факт, что домой они возвращаются в увеличенном составе, а любимый брат кроме опекунства над нею стал опекуном черноволосой хохотушки восточных кровей, Викторию нисколько не удивил и не шокировал — это же Вова! Давно пора привыкнуть, что у него всё не так, как у простых людей.

Не успели Огнёвы с новым членом семьи переступить порог и смыть с себя дорожную пыль, как у крыльца флигеля нарисовался худой субъект с тёмными кругами под глазами и фартуком обвисшего живота, что угадывался под великоватым костюмом.

Глядя в окно, Владимир с трудом признал дородного губернского чиновника, из-за которого Огнёву некогда впаяли солидный штраф. На большее губернская Фемида в лице судьи не осмелилась, чтобы не обрушить на служителей закона гнев народа, толпы которого заполонили свободное пространство вокруг здания суда. Сам чинуша также угодил под асфальтовый каток правосудия, на следующий день поменявшись местами с Владимиром…

— Вов, — на плечо Владимира легла горячая ладошка сестры, — это же тот жиробас, помнишь? Он что, два месяца с горшка не слазил. Как сглазили уродца, не ты ли часом, признайся.