— Хватит!

С этими словами Дэвид решительно встал на ноги. Вернее, попытался. Подняться он смог только с пятой попытки. Левая рука воспринималась странно. Словно перестала быть важна. Ну есть и есть. Там было слишком много боли, оттого рука воспринималась чужой.

Он дёрнул на себя это ощущение и потянул его в солнечное сплетение.

Рука лишилась этого невидимого покрова и обрела подвижность.

— Ловок! — хмыкнул Шварц. — Своя боль — хорошая пища для твари.

Сонная одурь давила на сознание покоем, но Дэвид выставил против неё щит воли, как тогда, когда его заперло в магическом аппарате его собственное тело. Получилось разлепить глаза и уверенно встать на ноги. Прямо идти уже не вышло, но тут хватало целеустремлённости. Дэвид шёл в мастерскую.

Там он стащил с верстака пилу по металлу, осмотрел её, довольно хекнул. После стал туго оборачивать предплечье жгутом. Мальчик видел, как отнимают гнойные руки в приюте, и имел представление.

— Жижель, как считаешь, почему он не обратился за помощью ко мне? Я всё же его учитель.

Шварц горестно покачал головой.

— Потому, отец, что ты ему и так выдал эту перчатку.

— А когда он догадается? Как считаешь?

— Ставлю на то, что сообразит почти сразу. Смышлёный.

— Думаю, не меньше часа провозится. Пари?

Жижель согласно булькнула.

Тем временем Дэвид попытался отпилить себе руку. Получалось так себе. Рана начинала слишком быстро зарастать, отчего пила вязла. Это Хохмача не остановило.

Он нанёс себе несколько порезов, выше по руке, и в том месте, где порез не зарастал, Дэвид пристроил пилу. И она снова завязла, даже порез издевательски затянулся.

Дэвид тихонько взвыл. Но тут он заметил задвинутую в угол гильотину. У Шварца вообще вдоль стен стояло много интересных механизмов.

Видимо, артефакт обладал своим разумом, потому стоило Дэвиду сделать шаг в сторону достижений прогресса, как у него подкосились ноги.

— Что, чувствуешь, как боль возвращается?

Над распластанным на полу Хохмачом навис мастер Эбрахим.

Дэвид мог пошевелить только глазами.

— Так работает регенерация, кровь бежит быстрее, почки активно фильтруют кровь. Печень работает на износ. Морфий просто ушёл из твоего тела.

С этими словами Дэвиду вернулся контроль над телом.

— Я… так… сдохну!

Просипел мальчик.

— Непременно сдохнешь. Я думал ты крепче. Я ошибся.

Шварц нахмурился и поджал губы в презрительной гримасе.

— Всё… вот так… кончится?

— А что ты хотел?

— С-с-с-с-м-м… скучно!

С этими словами Хохмач подскочил на ноги, схватил стальную киянку на длинной ручке и впечатал её, с разворота, Шварцу в пах. И, наверное, бы ничего и не случилось, но это была не простая киянка, а волшебная, для обработки материалов с природной магической сопротивляемостью.