— А… а деньги?
Глава 3
В которой герой вынужден решать финансовые вопросы и не только их
— Какие деньги, мальчик, ты о чём?
— Но… а как же…
— Возьми свой кирпич, ограбь кого-то, укради. Заработай. Сшей, в конце концов. Времени тебе до вечера.
— А…
— Я тебя кормлю. Я с этим смирился. Всё остальное ты должен сделать сам. Море волнуется раз…
Мир пошёл рябью. Дэвид рванул с места. И заблудился. Выход из дома он нашёл далеко не с первой попытки.
Железная дверь отворилась с мерзким скрипом, и мальчик в первый раз за чёрт-те сколько времени вышел на свет. Унылый дождь мыл жёлтую листву. По каналам плавали листья всех цветов багрянца. Воздух пах гнилой листвой и горящим углем из многочисленных печей. Сажа тут марала всё. По земле бежали чёрные, маслянистые змеи дождевых потоков.
На Хохмаче были только почти новые ботинки, да его одежка. Добротная, безразмерная, чистая.
Парнишка быстро сориентировался, и после пары подсказок добежал до скупки.
«Готовое платье Шлимана» — гласила надпись на вывеске.
— Здорово, покойничек. Оплату натурой от тебя принимаю.
Старушка за конторкой мерзко захихикала. Была она… стара. Длинный мясистый нос венчал целый букет бородавок, брылья делали её лицо словно оплывшей восковой маской. Единственный уцелевший зуб вызывающе торчал вперёд.
— Почему «покойничек»?
— Так на тебе погребальная одежда. В ней небогатый люд хоронят.
— Покойничек…
— Ты чего хотел-то?
— А… мне бы рванья. С трупов. Отмытое. Этого… — Дэвид дёрнул себя за рубашку и штаны, — хватит?
Старушка прищурилась.
— Дашь себя пощупать, и дам тебе приличную одежду. Идёт?
— С трупов. Рванину.
— Ну как знаешь… за мной иди.
Старушка удалилась вглубь конторы. Ничего кроме стульев да пары столов на входе не было.
— Выбирай.
Старушка брезгливо ткнула в кучу рухляди. Хохмач впился глазами в вещи.
Пять минут спустя он стал гордым обладателем рубахи, хозяина которой разорвало пополам где-то в районе пояса, двух штанин, которые удалось подвязать, судя по размеру, они принадлежали прошлому хозяину рубахи, который очень плохо умирал.
Венчала композицию короткая кожаная куртка. Практически в отличном качестве, только её украшали полсотни аккуратных круглых дырочек, что превращали предмет одежды в дуршлаг. Картину завершил шейный платок, истрёпанный настолько, что его края мочалились.
— Этого… хватит?
Снова подёргал рубаху Дэвид.
— Да, но заголяешься при мне, прямо сейчас.
Парень только пожал плечами и переоделся. На старьёвщицу он старательно не смотрел. Она пыхтела и копошилась.
Дэвид резво покинул магазин и поспешил в сторону квартала Роз, где мальчик обитал меньше двух недель назад. Благо, идти было не так далеко, оба квартала выходили на набережную одной из двух рек, пересекающих столицу.