— Ээээ… матушка…
— У подножия нашего трона лежит другой камень. А тот самый… пойдем, Кор.
Принц послушно подал матери руку, помогая встать с кресла. И ее величество направилась в гардеробную. Подошла к стене, немного поколдовала там с подсвечником и обивкой — и открыла дверь, за которой обнаружилась лестница, ведущая вниз.
— Нам туда.
Ее величество взяла лампу, стоящую неподалеку на полочке, привычно зажгла ее — и шагнула вперед. Принц последовал за ней.
Лестница спускалась вниз и вниз.
Коридор.
Дверь.
Комната.
Пустая комната, в которой нет ничего, кроме трона. Старого, запыленного, стоящего на полу.
— Сядьте на этот трон, сын мой.
— Матушка?
— Клянусь своей жизнью, это не опасно.
Его высочество повиновался. Но… не успел подойти к трону. Оставалось всего два шага, когда раздался такой жалобный стон, что мужчина замер.
— Матушка?
— Все в порядке.
Еще шаг.
И новый стон. И еще один, и еще… словно под ногами у него горько плачет и жалуется на жизнь младенец. Да что же происходит?
Его высочество плюнул на все и уселся на трон.
И тут же вскочил.
Стон был просто невыносим, он бил по ушам так, что ее величество давно зажала их руками. А он, вот, не догадался. Но стоило отойти от трона…
— Приглядитесь.
Все верно.
Окружность примерно пару метров радиусом выступала над полом. Не сильно, можно и не заметить. Но…
— Это — изначальный трон Лавгереттов, Кор. Тот самый. И камень жалуется на судьбу, ведь ты не король.
— Матушка?
Ее величество Элоиза улыбнулась. Сделала шаг, второй, третий, вот она вступила на черный камень…
Стон!
Еще более сильный и страшный.
— МАТУШКА⁉
— Мы не короли, сын. Для Хеллы — мы не короли. Лавгеретты были под ее покровительством, мы — никогда. И если… я не хочу навлечь на нас проклятие.
— Но мы же не убивали Петера?
— Ты будешь доказывать это Хелле? Она послушает… когда примет твою душу, сын. Наказание у нее лишь одно — смерть. А мы… мы развязали эту войну. Мы ее подогревали. Мы отказали Петеру в приеме. Мы косвенно виновны в очень, очень многом. И я не хочу больше с этим связываться. Боги… это страшно.
— Да, матушка.
— Ты не веришь мне. Но пока еще я правлю Лионессом.
— Да, матушка.
Ее величество вздохнула.
— Ты не веришь мне. Что ж… ты запомнил, как идти обратно?
— Да.
— Возьми ключи. Осмотри внимательно и камень, и трон, убедись, что я не лгала. И приходи. А я… мне тяжело находиться здесь.
Его высочество кивнул. И хмуро смотрел, как за матерью закрылась тяжелая кованая дверь.
Совсем старуха из ума выжила. Интересно, что засунули под этот трон? Или…
Вот сейчас он и разберется.
Под неумолчные стоны принц собрал на себя половину пыли с пола. Извозился, как поросенок. Ободрал щеку о какой-то дурацкий завиток. И даже сдвинул трон с плиты.