– Прости меня, брат, – я склонился над ним, закрывая уже потухшие голубые глаза. – Знаешь, – я опустился рядом, прямо на землю, ведя с ним наш последний разговор, – может быть, там тебе будет лучше, чем здесь. Не знаю, как ты, друг, а я очень устал от этой вечности.

Я устало откинулся затылком на покореженную дверь и долго сидел вспоминая. Как мать Терона усаживала нас по вечерам в своей комнатке, когда мы были мальчишками, и рассказывала нам всякие небылицы. Как мы учились драться на деревянных мечах, а мой отец, посмеивась, подзадоривал нас. Как мы бок о бок сражались, бесчисленное количество раз прикрывая друг другу спины. Как возились с Каспианом и Дэймоном, недоверчивыми, озлобленными маленькими зверятами, уча их всему, что знали сами. Терон заменил им если не отца, то старшего брата. Я же…

– Хорошее было время, – прошептал я, глядя на лежащего вдалеке мертвого Дэймона. – Жаль только, что оно закончилось для нас навсегда.

Прищурившись, я смотрел на рассветное солнце, позолотившее вершины гор, рассыпавшее снопы света по его склонам, отчего казалось, что по ним сбегает жидкая лава. Величественное и древнее, ему не было дела до того, что мои друзья его уже никогда не увидят. Зато видел я. Отчетливо видел.

Высокую, мощную фигуру мужчины, что стоял на краю горного плато и смотрел прямо на меня. Блики солнца пытались играть на его длинных волосах, отливающих белым золотом, но проигрывали и отступали, находя себе новые цели.

Сердце ледяного демона растопить невозможно. Да и есть ли у него вообще сердце?

Я медленно поднялся, неотрывно глядя на своего врага. Зная, что зрение вампира позволяет ему прекрасно видеть и меня тоже.

– Я отомщу за всех вас, клянусь, – не оборачиваясь назад, я шагнул вперед, раскидывая руки широко в стороны и призывая свои крылья цвета ночи. – Пора покончить с этим раз и навсегда.

Рейвен

Я несся к замку, не жалея Дарка. Чувствовал, что вот-вот случится что-то ужасное, и понимал, что не успеваю. Я безнадежно опоздал. Или все же нет? Сейчас был еще только день и солнце стояло в зените, заливая лес расплавленным золотом, делая его неживым. Красивым, но страшным. Не самое удачное время для меня, ведь вампиры обретают полную силу лишь с наступлением ночи. Но мне было плевать. Даже если бы у меня вообще не осталось сил, я бы стремился обратно. К ней.

Бросив поводья, я раскинул руки в стороны, как птица, и тут же почувствовав, как за спиной распахнулись огромные черные крылья. То, что делало меня еще менее похожим на человека. Но сейчас они были нужны мне, и я взмыл в небо, кинув взгляд на лошадь без седока, что замедлила ход, но продолжала бежать вперед, мерно выбивая землю из-под копыт. За Дарка я не боялся, он найдет дорогу домой. Лишь бы наш с ним дом все еще был.