– Я отомщу за всех вас, клянусь, – не оборачиваясь назад, я шагнул вперед, раскидывая руки широко в стороны и призывая свои крылья цвета ночи. – Пора покончить с этим раз и навсегда.

Рейвен

Я несся к замку, не жалея Дарка. Чувствовал, что вот-вот случится что-то ужасное, и понимал, что не успеваю. Я безнадежно опоздал. Или все же нет? Сейчас был еще только день и солнце стояло в зените, заливая лес расплавленным золотом, делая его неживым. Красивым, но страшным. Не самое удачное время для меня, ведь вампиры обретают полную силу лишь с наступлением ночи. Но мне было плевать. Даже если бы у меня вообще не осталось сил, я бы стремился обратно. К ней.

Бросив поводья, я раскинул руки в стороны, как птица, и тут же почувствовав, как за спиной распахнулись огромные черные крылья. То, что делало меня еще менее похожим на человека. Но сейчас они были нужны мне, и я взмыл в небо, кинув взгляд на лошадь без седока, что замедлила ход, но продолжала бежать вперед, мерно выбивая землю из-под копыт. За Дарка я не боялся, он найдет дорогу домой. Лишь бы наш с ним дом все еще был.

Сердце вдруг сжала резкая боль, мешая нормально дышать, и воздух вокруг зазвенел от напряжения, формируясь в тонкую мерцающую нить, ведущую меня кратчайшей дорогой. И все равно, солнце уже стало клониться к закату, когда я, наконец, увидел вдали его… Свой замок. Острые шпили протыкали багровое небо, показавшееся мне странно зловещим. В узких стрельчатых окнах не горел свет, и замок был похож на мертвеца, чей взгляд потух навсегда.

Я слишком хорошо помнил, как это было в прошлый раз. Такое же алое закатное небо, зловещим покровом накрывшее замок. И моя жена, стоявшая на самом краю замковой башни. Взгляд сам собой метнулся туда, и тогда…

Я увидел ее. Тоненькая фигурка в развевающемся белом платье летела вниз, прямо в пропасть под замком, и это было похоже на полет белоснежного лепестка одного из цветов, которые она так любила. Моя Ами. Любовь моя.

Откинув все мысли, что роились сейчас у меня в голове, я устремился вперед, на пределе сил и возможностей, что давала мне моя новая сущность. Но, казалось, сама природа, что обычно помогала мне, в этот раз взбунтовалась. Ветер стал почти ураганным, толкая меня назад, не желая, чтобы я приближался. Не желая, чтобы я… успел.

Взревев, я удвоил усилия, вспарывая прозрачную преграду, ставшую вдруг вязкой, как мед. Я летел так быстро, как не летал еще никогда и приближался к замку, но… я не успевал. Я опаздывал. Безнадежно. Бессмысленно. Но даже зная это, я не сдавался.