Бережно я поднес к губам тонкое девичье запястье и припал к нему губами, мысленно прося прощения за то, что собираюсь сделать. Клыки удлинились, и я аккуратно проколол ими фарфоровую кожу, делая первый глоток крови. Ее крови. Одновременно с этим делясь с ней частью своих жизненных сил. Сейчас я был готов отдать их все, без остатка, лишь бы вновь увидеть жизнь в ее прекрасных глазах.

– Ами, вернись ко мне, – я покрывал легкими, как крылья мотыльков, поцелуями ее нежное личико. – Прошу, вернись.

В отчаянии я припал к розовым губам, мягким и нежным, как лепестки роз. Казалось, вот-вот, и они дрогнут, раскрывшись мне навстречу, и Ами обнимет меня руками за шею, притягивая к себе еще ближе, но ничего этого не произошло.

Девушка, что лежала в моих объятиях, спала вечным сном, и я не мог ее пробудить. Прижав ее к себе еще крепче, не желая сдаваться и принимать горькую истину, я смотрел на стремительно темнеющее небо над нашими головами – уже практически черное, с багровыми всполохами зарниц где-то на горизонте.

Ветер утих так же внезапно, как начался. Природа, казалось, замерла в ожидании. Не было слышно птиц и шороха мелких зверушек, даже мой нечеловеческий слух не угадывал ничего. Как будто мы были совершенно одни в окружении вечности. И сейчас она скорбела вместе со мной, принимая к себе новую невинную душу.

– Ами, – я с любовью вглядывался в нежные красивые черты лица своей жены, вспоминая ее улыбку и смех, похожий на перезвон хрустальных колокольчиков. Вспоминая лучистые глаза, цветом своим соперничающие с голубым небом. Нашу первую ночь и то, как моя жена просила меня довериться ей, обещая любить даже монстром. – Ами, – прошептал я, склоняясь над ней и бережно целуя еще теплые губы. – Любовь моя, я буду любить тебя вечно.

На коленях, прижимая к себе любимую, стоял еще прежний граф Рейвен Арделиан. Вампир? Да, несомненно. Но тот, кто всегда старался жить по заветам отца и своего духовного наставника, Донована. Кто отказался от мести ради спасения жизни других. И чего этим достиг?

C колен поднялся уже не граф, а монстр. Чудовище, жаждущее лишь одного – отомстить.

*****

Я поднялся в воздух вместе с Ами, относя ее в семейный склеп. Там, где для нее уже была приготовлена гробница, много веков назад. Одного взгляда на лежащего тут же Каспиана мне было достаточно, чтобы понять – он мертв и ему уже не помочь.

Я долго стоял над моей молодой женой, не в силах заставить себя опустить крышку саркофага, не в силах расстаться с ней. Если Донован прав, она вернется ко мне. Он учил меня быть сильным. Сохранить в душе любовь, пронеся ее через все невзгоды и бури. Именно в этом, по его словам, был секрет возрождения. День за днём, жизнь за жизнью, эпоха за эпохой. Но сколько веков пройдет до этого момента? И как эти века проживу я? Без нее?