Полковник усмехнулся, а Кеша стал бочком пробираться к выходу.
— Стоять! — Уфимцев бдил.
Врач замер. Причем боялся он не Уфимцева, а меня. С чего бы это?
— Давай, Марк, — распорядился Юрий Григорьевич. — Что там надо делать?
— Сказки читали? Вот это. Ладно, Юра, шучу, сама проснется. Смотри, вон уже веки дрогнули, сейчас глаза откроет.
Катя чуть пошевелилась, облизнула губы, приоткрыла глаза. Левый отлично получился, прям как будто от рождения такой красивый.
— Папа, — прошептала девушка, протянула руку. Уфимцев ее тут же заграбастал.
— Кеша, — протянула Катя вторую руку, левую. Мою! — Любимый.
Иннокентий хоть и побледнел, но подскочил с другой стороны кровати, схватил Катину руку, поцеловал в ладонь.
— Дела, — вздохнул я. Надо, надо было надпись сделать.
И этим привлек внимание девушки. Она напряглась, улыбка сошла с ее губ, взгляд стал жестким.
— Марк, сволочь, что ты здесь делаешь? Кто его вообще сюда пустил⁈
Говорят, бывает любовь с первого взгляда. Я в такие вещи не верю, все-таки кроме зрительного контакта, еще и тактильный не помешает. И просто поговорить тоже, внешность не главное в человеке, существенное, но не основное — если собираешься серьезные отношения развивать. Собственно, мне самому взгляда-то хватает, но я такими громкими словами, как любовь, не разбрасываюсь.
Кеша влюбился в Катю именно с первого взгляда, еще когда в салоне у Светки Милославской работал главным шарлатаном. Уфимцева иногда приезжала к мачехе, и одновременно — бывшей однокласснице, и улучшала производственный процесс, стоило ей появиться, как больные лечились быстрее и качественнее, Кеша становился любезнее с клиентами и своей куколкой-медсестрой, если врывался в кабинет Светы, то только по очень важным причинам, придававшим каждому посещению значимость. Еще какое-то время, и Милославская бы провела параллель между визитами падчерицы и ростом производительности труда, но все клиники позакрывали перед Новым годом, и Кеша мог только вздыхать и мечтать.
А потом парню повезло — предмет обожания оказался в больнице. Хоть и охрана стояла, и врачи рот на замке обещали держать, но в каком состоянии Катю привезли, особым секретом не было — такое просто не скрыть. Как и то, что она чудесным образом начала восстанавливаться, словно ящерица, у которой хвост отрубили. Только тут руку, глаз и ухо, прям адмирал Нельсон в юбке.
Иннокентия вновь возникшие физические недостатки любимой с пути к счастью не сбили, даже наоборот, он, как врач, очень этой темой заинтересовался. А поскольку с системой здравоохранения Кеша был знаком не понаслышке, то ему удалось в эту больницу устроиться на должность консультанта — там надавил, там подмазал, и вот уже и костюм медицинский есть, и тапочки. Тем более что как специалист он был неплохой, репутацию имел соответствующую, и подозрений поэтому не вызвал.