Освободившийся от журналюг Серов поднес к глазам бинокль, не знаю, что он еще хотел там увидеть, подполковник Снегов подскочил к нему, чтобы получить от начальства последние ценные указания, бойцы в черном подобрались, видимо, им придется взять на себя первый удар.
И тут голова генерала лопнула. Брызнула мозгами во все стороны. Стоящие рядом секунду или больше оторопело смотрели на практически безголовый труп, а потом бросились кто куда. Губернатора отволокла за машину его охрана, остальные тоже попрятались по разным с их точки зрения безопасным местам. Только подполковник как стоял в стороне, так и остался стоять.
Я тоже прятаться не стал, пуля вошла в голову начальника операции не со стороны интерната, а с противоположной. Поглядел туда, вдалеке, километрах в пятнадцати виднелась телевизионная вышка, в зоне прямой видимости, значит.
После гибели генерала Серова, героической, как отметили комментаторы, главным неожиданно стал подполковник Снегов — по старшинству из имеющихся.
Губернатор потихоньку распорядился позорный момент своего бегства стереть, но, судя по тому, что снимали и на мобильные телефоны, незамеченным это не останется. Зато неожиданно выяснилось, что первыми в бой должны пойти совсем не спецназовцы.
Командир СОБРа доложил Снегову, что санаторий окружен. Подполковник удовлетворенно кивнул, подошел ко мне.
— Вы ведь Травин?
— Да.
— Знаете, зачем вы здесь?
— Только то, что Серов сказал.
— На самом деле, я не в курсе, знаю только, то вы каким-то боком к нашей программе. Тоже из этих? — и он кивнул на своих подопечных. — Куратор ФСОшный?
— Примерно, — подтвердил я.
— Ситуация хреновая, — подполковник сделал мне знак, мол, секунду, отдал несколько распоряжений по рации. — Эти ребята, которые интернат захватили, они одни из самых сильных, не все, но пятеро точно, остальные на подхвате. Центральная фигура там — Сергей Вешенский, позывной — Козьма, или Козя. Своенравный, дисциплину не признает, из мажоров. Собрал вокруг себя группу таких же отморозков, с ними давно проблемы, его ребята даже кого-то из родственников генерала Уфимцева тронули, по глупости, не специально. Но — было восемь, осталось пять. С тех пор злобу затаил, что не дали с обидчиком разобраться. И вот вылилось в это. Требования, как вы слышали, стандартные — вертолеты, сорок миллионов долларов наличными, воздушный коридор. Двое бойцов останутся с детьми, и если вертолеты не долетят до нужного места, расстреляют их. А они могут, я этих людей знаю.
— Товарищ подполковник.
— Просто Снегов, меня все по фамилии зовут.