(«шестерка» А. Брежнева с особыми высокими сидениями помимо прочих наворотов)
Гамлет теперь был твердо убежден, что ресторан «Баку» в Москве — полный отстой! Не потому, что плохо кормили, нет. Кухня была вполне каноничной, уступая, естественно, домашней, но вполне на уровне. Правильный плов, а не вариация на тему — рис желтый, рассыпчатый, треугольнички газмаха и мясо с каштанами в отдельной пиале. Кюфта-бозбаш с алычей в тефтеле размером с теннисный мячик на твердую четверку. Шашлык он и в Африке шашлык (но только не в родной тбилисской «Африке»!), а фирменный хингал — пальчики оближешь. Чего критически не хватало кабаку, представляющему солнечный Азербайджан, так это атмосферы. Говоря проще, в нем не было живой музыки, никто не танцевал. Где праздник для души? Не на кого посмотреть. Ну и чем заниматься? Может, в нос кому двинуть?
Агдамыч покосился на компанию донецких шахтеров, прогуливающих квартальную премию. О том, что они прилетели на самолете, знал уже весь зал, уж больно вызывающе шумно кутили эти пролетарии из недр Земли. Связываться с ними себе дороже, такие затопчут — не успеешь «мама» сказать.
Он снова сосредоточился на разговоре, который вел Завхоз с приятелем Гамлета, Джейхуном, в Москве превратившимся в Джека. Этот Джек-Джейхун на глазах претерпел обычную для бакинских мальчиков-мажоров метаморфозу. Прибыл в столицу этакий поросеночек, а вырос в такую… в такого кабанчика, ха-ха. Идея отправлять своих чадушек в Москву была здравой, но имела обратную сторону — они к самостоятельной жизни были абсолютно не готовы, дома с них пыль сдували, ручками шевелить не разрешали. А потому большой город их перемалывал — по-разному, иногда фатально, иногда с неплохим выхлопом с точки зрения взросления. Джек сперва гулял напропалую, потом занялся фарцовкой. На сегодняшний день обзавелся налаженными каналами поставок. Все из того же Баку, где подпольная цеховая жизнь била ключом.
Там, на прародине Гамлета, предприимчивые люди, в основном, евреи, развернулись не на шутку. Они производили все, чего алкала душа голодного советского человека — японский фарфор, американские «Мальборо», чешский хрусталь, турецкие кожаные куртки и плащи, польскую косметику… Да-да, многие верили, что все пришло из-за границы — оно, это богатство, и было из-за границы, только разграничительная линия проходила не по земле, в мозговых полушариях. У нескольких сотен почтенных граждан, известных как Беня, Рафик, Изя и т.п. У них все было куплено, их уважали больше, чем большое начальство, и, казалось, для них ничто не являлось препятствием. И они очень любили СССР, эти некоронованные короли теневой торговли, им было очень удобно в стране тотального дефицита. О них ходили легенды. Гамлет наслушался их, погуляв в компаниях молодых бакинцев.