Одуван в два гребка оказался рядом, тронул рукой мокрое плечо, покрытое мурашками.
— Как ты? Ничего не повредила? Я тут с ума чуть не сошел.
Алла, сверкая ошалелыми глазами и держась за борт яхты, затараторила:
— Только лифчик сняла, бросило на стенку. Быстро надела верх купальника, снова крутануло, вода хлещет, я дверь толкаю, а она не поддается. Не успела запаниковать, что-то изменилось, дверь, как сама собой, распахнулась, ну и я не будь дурой тут же рванула на воздух. Ничего так приключение, да?
— Замерзла?
— Еще не успела понять, но долго так не выдержу.
— Поплыли на берег, там по крайней мере не мокро и солнышко греет.
— Поплыли.
До берега, густо заросшего ельником, было недалеко. Парочка быстро добралась, вылезла, Одуван принялся энергично растирать Аллу. Она не возражала.
— Офигеть! Мы с тобой потерпели всамделишное кораблекрушение!
— Ага! И стали робинзонами. Синьор-Робинзон и синьорита-Робинзонита.
Алла откинула волосы, загадочно улыбнувшись, прижалась к Ване грудью, лукаво спросила:
— Мы на острове, да? И где тут статуя Магду, у которой нужно спросить разрешение на динь-динь?
* «ЗИЛ» заправляли 76-м бензином, автолюбители его с удовольствием покупали ради экономии — по рублю за 20-литровую канистру.
** Стихи Дзантимира Томаева
*** Шверт — выдвижной киль, придающий яхте почти 100-процентную устойчивость. Крейсерские польские яхты имели подвижный шверт, опускающийся-поднимающийся вручную.
(«Звуки Му» на Николиной горе, танцует сестра П. Мамонова)
Мотор тентованного «Урала» басовито урчал, лопая бензин как не в себя, по асфальту шуршали шины, мириады мошкары бились и гибли на лобовом стекле, все больше километров оставалось позади, Кавказ был все ближе и ближе. Бесконечная лента шоссе, слегка выписывая дуги в степи, так надоела, что стоило закрыть глаза, а она, казалось, продолжала перед ними бежать. Ярко светило летнее солнце. В открытые брезентовые люки-окошки над водительской кабиной врывался ветер, Одуван и Гамлет нежились в его потоках, лежа на огромной мягкой горе экспедиционного барахла. Вроде, группа небольшая — помимо водителя и начальника экспедиции, еще две девушки и два парня, — но потребное для их нужд имущество забило весь кузов немаленького «Урала» почти до крыши. Вот друзья и соорудили себе удобное гнездо.
Им несказанно повезло. Аллочка, невеста Одувана, поспособствовала. В то время как весь курс будет проходить летнюю практику на археологических раскопках, в стройотряде или приемной комиссии, Спицын и Агдамов примут участие этнографической экспедиции от Академии наук СССР. Эта экспедиция ежегодно работала в Абхазии и даже имела международный статус, она включала в себя несколько групп — не только этнографов, но и медиков, биологов и прочих. Предмет ее исследования — долгожительство у абхазцев, мир тоже хотел жить больше ста лет и жаждал узнать подробностей, не жалея на них денег. Так что друзей ждало не только невероятное приключение в горах, но и некая сумма в виде зарплаты, совсем не лишняя для их планов — они оба собирались пожениться в конце лета (совместная свадьба!), подали заявление в ЗАГС, получили на руки пригласительные билеты в свадебный салон, где можно было разжиться кое-каким дефицитом. Одуван, к примеру, положил глаз на мужские сабо на огромном каблуке, а Гамлет — на изящные, жемчужного цвета туфельки, которые он, как принц, хотел вручить своей Принцессе. Спицын, узнав о его планах, тоже загорелся, махнул рукой на сабо и возмечтал сделать подарок Алле.