— Продать? За кого вы меня принимаете⁈

— Эй-эй, без обид, брат, — похлопал его по плечу Агдамыч и передал бутылку.

Толян допил последние остатки, Одуван немедленно свернул крышку с новой «Бехеровки».

Немного заплетаясь языком, Мажор выразился более чем ясно:

— Память деда для меня священна. Не дам матери ни дом, ни картины, ни обстановку продать. Хочу со временем здесь музей устроить.

— Но как же ты справляешься? — посочувствовал приятелю Одуван.

— Кручусь понемногу.

Все замолчали, уставившись в камин. Дима оказался прав: чешский ликер на травах — на вкус редкая дрянь — оказался забористым. Вариант «фестивалить» свелся к тому, что друзья по очереди принялись слегка брызгать «огненной водой» в пламя и весело смеялись, глядя на вспыхивающие огоньки.

То ли откровения Мажора, то ли эти магические вспышки побудили Одувана на своего рода признание:

— Вот представь, Толян, что ты обрел способность к магии. На стене в твоей комнате картина, на ней чудище, и оно тебя наградило даром. Произносишь одно только слово, и рядом немедленно случается какое-то разрушение. Как добиться положительного, я бы даже сказал, созидательного эффекта? Как бы ты поступил в таком случае?

Мажор надолго задумался. Друзья его не торопили. Гамлет подбросил свежих полешек в огонь.

— Я вам как внук академика говорю: минус на минус дает плюс!

В голосе Мажора звучала уверенность отпрыска из серьезной научной семьи. Не тот сомнительный железобетон, как у какого-нибудь партийного чинуши, получившего внезапный шанс подкрепить свою неосторожную речь цитатой из материалов «XXVI съезда КПСС». Бывает же так, сперва ляпнет, а потом — хопа! — референт подсовывает выписочку, и на сердце радость, вместо инфаркта миокарда. Нет-нет, уверенность Мажора не нуждалась в ссылке на чужие авторитеты. Она зиждилась на строгой логике. И, возможно, на приличной порции «Бехеровки».

— Переведи? — клюнул носом Гамлет.

— Что тут непонятного? Если рядом случилась какая-нибудь крокозябра, произносишь слово и — бац! — твоя магия разрушает разрушение. Имеешь в итоге плюс вместо двух минусов!

— Ну ты голова! — восхитился Одуван. — Нужно будет как-нибудь попробовать.

Слишком уж он увлекся «Бехеровкой», не рассчитал ее коварства — проболтался на ровном месте. Пьяненький Спицын покосился на Мажора, пытаясь определить, уловил ли тот или нет оговорку. Так ничего и не поняв, он сделал глоток и сунул Толяну в руки бутылку.

Через минут пять с чешским пойлом было покончено, и очень быстро друзья отрубились прямо у камина.

… Утром выпивох разбудил звук клаксона. Мажор, с трудом продрав глаза, вышел узнать, в чем дело, и очень быстро вернулся. Растолкал приятелей.