– О, вот как, – Элиас, саркастично улыбаясь, посмотрел на меня. В его глазах искрился восторг. – Хорошо, матушка. Я сейчас же исполню приказ отца. А вы можете идти. Ни к чему вам лицезреть смерть дочери-предательницы.
Мама коротко кивнула ему и покинула помещение без единого прощального слова. Я обессиленно опустила голову. Даже родная мать отвернулась от меня в час беды.
– Похоже, пора расставаться, сестрица, – огорченным тоном произнес брат. – А мне так хотелось еще поиграться с тобой. Лет так двести, – он занес кинжал для удара. – Увидимся в Вечной Тьме.
– Да пошел ты, – злобно прошипела я перед тем, как черное лезвие вонзилось прямо мне в сердце.
Мое тело бережно обволакивает прохладная жидкость. Кажется, я куда-то плыву. Снова.
– Я разочарована, – прозвучал пронзительный женский голос. Мне уже доводилось слышать его. Кровавая Матерь. Похоже, я разгневала ее не на шутку.
– Я сделала все, что было в моих силах, – оправдывалась я.
– Ты ничего не сделала, – резко произнесла Матерь. – Лишь еще раз продемонстрировала свою слабость и бесхребетность.
– Тогда почему вы просто не избавитесь от меня? Давно бы отправили бесполезную игрушку в Вечную Тьму, а для своих целей нашли кого-то другого.
– Потому что только ты можешь переписать историю того мира, – ответила Богиня. – Ты – потомок моего второго дитя. Как и в нем, в тебе течет капля ихора – моей собственной крови.
– Да, как и во всех остальных Вульфах. Но что-то никого из них вы не избрала своим героем, – усмехнулась я. Возможно, не стоит так разговаривать с самой создательницей вампиров, но я более не могу сдерживать свое недовольство.
– В телах твоих близких ихор давным-давно превратился в мерзкую беззвучную слизь, – брезгливо сказала она. – Но в тебе, – ее голос наполнился материнской нежностью, – я все еще отчетливо слышу его напевы. Их яркая звонкая мелодия – услада для моего слуха. Схожая музыка исходит и от юнца из рода Авольто.
Это она про Доминика?! Про того, кто, судя по слухам, ежедневно предается плотским утехам со всем, что способно двигаться?! Про того, кто бессовестно разбрасывается семейным золотом и привечает у себя всяких проходимцев?!
Не то чтобы бы я считала себя излишне праведной, но, по моему мнению, поступки Доминика соразмерны деяниям моего семейства. Разве что он не строит против других вампиров козней и не пытается кого-то убить. Хотя, возможно, я просто об этом не знаю.
– Потому, дорогая Селестия, – продолжила Богиня, – спаси его. Только так мы сможем разрушить планы Бога Смерти и предотвратить катастрофу.