А потом он встал и посмотрел на Сирень. Мне казалось, что шея Малу, когда он поворачивал голову к Сирени, скрипела, как проржавевшая петля. Девушка даже отступила на два шага назад, позабыв о ругани с Алексом.
— Милая, — ласковым и жутким голосом начал он. — Ты чо, купила для сейфа диск по дереву?
— Так… я сказала, — она пыталась быстро составить слова в предложения, что давалось ей от волнения с трудом, — чтоб дали по металлу… и чего ты от меня хочешь⁈ Я же девушка, я не знаю, как выглядит диск по металлу!
— На ней написано, — заметил я.
— Но я читать не умею, — воскликнула она, стрельнув в меня уничижающим взглядом. — У меня дислексия!
Приехали к инвалидам. Интересно, я правильно сделал, что ввязался в эту авантюру?
У Малу тем временем дёргался глаз, а рука нервно хватала воздух, словно он хотел что-то недвусмысленно схватить. Только схвати он это, и нам придётся ехать троим, а взламывать вообще двоим, чтоб третий был на шухере.
Это понимала и Сирень, нервно теребя рукав и облизнув губы. Эта гнетущая тишина продлилась, наверное, минуту, прежде чем Сирень рискнула собственным здоровьем сказать что-либо. В противном случае мы рисковали здесь ещё несколько минут молчать.
— Малу… — начала она тихо и жалобно, но он её перебил.
— Я долбоёб, раз доверил такое тебе, — выдохнул он. Огляделся, ещё раз вздохнул, цыкнул, выругался шёпотом и убрал руку от пояса, причесав ею волосы на голове. Кажется, наконец взял себя в руки. — Вали заводить машину.
Сирена облегчённо, не сказав ни слова, выскочила из-за двери, только хлопанье входной двери и было слышно.
— Так… — сказал он медленно, оглядываясь, после чего его взгляд остановился на мне. — Как видишь, вскрывать нам его нечем, так что будем надеяться, что ты у нас, мастер взлома, как-нибудь откроешь.
— Может в магазин заскочим? — предложил Алекс.
— Ты на время смотрел, олень? Сейчас всё закрыто. И нет, предвкушая твой тупой вопрос, мы не можем ждать до завтра.
— А если не смогу вскрыть? — спросил я осторожно.
— Если мы запорем дело, я точно скажу из-за кого, чтоб пизды не прописали ещё и нам троим. И тогда её жопа будет похожа на Бранденбургские ворота, когда через неё пройдёт десяток-другой парней. Мне бы не хотелось такого для этой ебанушки, но за чужой косяк пиздюлей получать не горю желанием. Так что постарайся ради жопы Сирени, будь добр.
— Да всё будет круто! — тут же улыбнулся Алекс. — Тара справится, верно?
— Блять, ты вообще заткнись. Какого хуя у тебя вечно хорошее настроение⁈ — скривился он.
— Ну не плакать же, — подмигнул он.