Малу стоял с таким лицом, словно сам не мог понять, что происходит. Он в шоке смотрел на два трупа, после чего поднял взгляд на виновника кровавого торжества предательства.
— Ёб твою мать, ты чо творишь, Али⁈ Ты ебанулся⁈ — он не верил, я чувствовал это в его голосе.
— Я делаю то, что должен, — раздался голос Алекса. — Хотелось бы сказать, что ничего личного, но боюсь, что это будет не совсем правдой.
— Какого хуя⁈
Послышался скрип двери и щелчок замка.
— Руд, Малу, отойдите от стола.
Медленно развернулся лицом к Алексу, который сейчас держал пистолет в вытянутой руке. Но целился он в первую очередь в Малу, хотя я был уверен, что дёрнусь, и он будет целиться уже в меня. Словно прочитав мои мысли, Алекс покачал головой.
— Не надо, Руд. Это тебя не касается. Это не твоё дело и тебе не надо в нём участвовать.
— Что за хуйню ты несёшь⁈ — крикнул Малу.
— Зачем? — совершенно спокойно спросил я практически одновременно с ним.
— Зачем? Это бизнес, Руд. Малу перешёл границу, которую ему пересекать не стоило, — покачал он головой.
— Какую, блять, границу⁈
— Дались в тот момент тебе те фотографии, Малу! — уже громче сказал Алекс. — Нахрена ты тогда наговорил всякой хуйни Стреле⁈ Не знал, какой он больной ублюдок⁈ Что эта сука мстительна настолько, что не простит грубого слова даже матери⁈
— Не прикрывайся тут благим делом, уёбок!
— Да мне плевать на благое дело! Проблема в твоей сестре! — выкрикнул он.
Повисла тишина. Однако через пару секунд в дверь стала тарабанить Сирень.
— Парни! Что у вас происходит⁉ Эй! Откройте дверь! Малу! Али! Откройте дверь!
Через секунду её голос мы уже слышали и по рации, но никто её не слушал.
— Ты обидел Стрелу, Стрела захотел вашей крови.
— И ты с радостью вписался в это⁈
— Я знаю, что ты был знаком с теми парнями, что лишили зрения Мари, — тихо произнёс он. На Алексе не осталось и тени его прежнего, словно передо мной был совершенно другой человек. — Ты знал обоих, но ничего им не сделал, потому что зассал.
— Не говори о том, чего не знаешь!
— Да неужели? Ты просто проигнорировал это, сделал вид, что не знаешь, кто это. А вот Мари знала. Знала и то, что ты не стал ничего предпринимать ни до, ни после этого. Ты мог спасти её зрение, хитрожопый уебан!
— Ты. Нихуя. Не. Знаешь, — прошипел Малу.
— Я знаю достаточно, чтоб понять, какая же ты скользкая и неуравновешенная скотина. Боишься только силы, словно какой-то скот. Как животное, которое надо бить, чтоб оно боялось — вот какой ты понимаешь язык.
— ДА ПОШЁЛ ТЫ…
Малу бросился в его сторону, и Алекс, не раздумывая ни секунды, выстрелил. Того отбросило прямо на один из тех бетонных столбов, по которому он и сполз, оставляя за собой кровавый, словно проведённый кистью, след. В дверь начали тарабанить куда активнее.