— ДАВАЙ!
Сейчас бы крикнуть ему «не дам» и держать окошко закрытым, когда оба рычага уже не на месте…
Но эта глупая мысль появилась так же быстро, как и исчезла, когда в открытом окошке исчезли обе гранаты. Малу схватил меня за шиворот, сделал подножку, и мы оба полетели на пол, едва не упав в мою рвоту. В тот момент, когда мы оказались на полу, грохнул взрыв.
Сила была такой, что пол не завибрировал под нами, он задрожал. Маленькие камушки на нём подпрыгнули на месте вместе с грязью. По стенке словно ударили кувалдой, она затрещала, засыпав нас штукатуркой и пылью. На ней разбежались в разные стороны трещины.
По правде сказать, мне даже немного ударило по голове, как в мультиках блинами.
Но Малу даже не задержался, подскочил, бросился к столу, подхватил два автомата и один бросил Сирени, а другой мне.
— На, держи, может пригодиться!
Автомат от такого броска едва не разбил мне лицо, я чудом успел его поймать. А вот Сирень поймала свой довольно просто и ловко. Малу же подбежал к шкафу, который до этого разграблял, и вытащил автомат с барабаном. Передёрнул затвор.
— Блять, Тара, сука, хватит спать, пора убивать пидорасов! — крикнул он, вытаскивая две гранаты. — Давай, жирный! Отодвигай засов, ща будет пиздец!
Он был так возбуждён, что страшно уже было мне. Но я безропотно открыл дверь, позволяя ему выйти отсюда, иначе он бы начал кидать их прямо здесь, как мне показалось. Малу тут же вырвал чеку, забросил гранату в глубь коридора и закрыл дверь. Грохнул ещё один взрыв, ударив по голове, после которого он вновь выскочил, пинком открыл противоположную деревянную дверь и забросил гранату уже туда. Бросился к нам обратно.
Практически вслед за ним прогремели выстрелы, целая беспорядочная очередь из нескольких стволов. Послышался звук попавших в стену пуль, такой глуховатый, но очень запоминающийся. И тут же прогремел ещё один взрыв.
— Всё! Пошли! Пошли!
Малу подскочил к проходу и, не выглядывая, начал стрелять в коридор — просто высунул автомат, как показывают в фильмах, и стал поливать всех свинцом.
Грохот был сумасшедший, а я до сих пор не мог толком прийти в себя. Меня привёл в сознание только подзатыльник Сирени, от которого у меня даже вспыхнуло перед глазами.
— Сумки в руки и жопу на выход! — закричала она.
К тому момент Малу отстрелял всю обойму и отбросил автомат.
— Пулемёт!
И Сирень без разговоров протянула непонятно откуда взявшийся пулемёт ему в руки. Малу выхватил его и тут же выглянул, теперь уже куда более прицельно поливая всё, что попадалось на глаза, дождём из пуль. Никаких сомнений, никаких раздумий или страха — он просто делал то, что требовалось, чтоб ситуация из плохой не стала ужасной.