— Посылать гонца в Элегиар тоже бесполезно — Уильям сменит имя, чтобы не показывать свое происхождение… — мрачно заключил Филипп.

— Да, нет смысла посылать гонца, — покачал головой Горрон. — Потому его и спрятали там, чтобы… Чтобы что? Какой план они хотят воплотить в жизнь? Или выждать время? В общем, тут нужен кто-то, кто сможет быстро сориентироваться на чужеземном Юге, кто знает, как выглядит Юлиан, и в курсе того, что происходит.

И герцог Донталь улыбнулся, плутовато посмотрев на своего родственника, а тот, в свою очередь, с удивлением воззрился на него.

— Уж не хотите ли вы сказать, друг мой, что готовы отправиться на Юг?

— А почему бы и нет? У меня уже нет земель, за которыми нужно следить. Гиффард в свое время смог благополучно бороздить просторы Юга благодаря дару мнемоника. А я чем хуже? Я лучше! — Горрон расплылся в хитрой улыбке. — Мариэльд этого ждет меньше всего.

— А Генри?

— Я навещу Ярвена по пути.

— Но Летэ и тут может оповестить Мариэльд.

— Я с ним поговорю.

— Спасибо, Горрон! — душевно произнес граф.

— Главное, найти нашего рыбака вовремя. Знаешь, вспоминая историю Коа Шанриса и прочих пропавших бессмертных, я прихожу к тому, что и здесь могла быть замешана Мариэльд.

— Тогда его сочли предателем, хотя граф Мелинай очень долго взывал к поискам пропавшего друга.

— Он пытался, да… Но никто из наших в здравом уме не поедет на Юг. Там слишком много сведущих в демонологии людей, которые при желании быстро разберутся, как передать дар.

— Когда же вы отправитесь?

— Сначала осушу твоего Суйгурию, погляжу, что за зверь такой — этот Юг, а потом, думаю, понадобится пара дней на сборы.

— Хорошо, в течение пары дней Брогмот подготовит золото. Вы едете без найговской грамоты?

— Да, ее получение поднимет слишком большой переполох. Так что золота понадобится много. Давай не меньше двадцати тысяч даренов, чтобы можно было при надобности подкупить нужных лиц.

Филипп и бровью не повел от названной суммы и лишь кивнул.

— Но я не могу обещать, что поездка окажется успешной. Я вмешиваюсь в игру сильнейших мира сего, и это будет опасная игра! Буквально на грани жизни и смерти. Знаешь, кто наш противник? Нет, Филипп… Это не Мариэльд, нет. Когда я покину твой замок, я вступлю в схватку с теми, кто стоит за ее именем… И я подозреваю, с кем мы имеем дело, друг мой. Помнишь истории о старых велисиалах?

— Джинны… — Филипп нахмурился, вспоминая рассказы своего отца.

— Да, джинны, которые для большинства остались лишь в жутких сказках. Но, как выяснилось, их лампы — это человеческие тела. Право же, как удобно обитать в телах и менять личины чаще, чем змей сменяет шкуру! Я не застал велисиалов, или, как их называли еще до моего рождения, юстуусов, но долгие века задавался вопросом: куда могла исчезнуть та сила, что вздымала горы, Филипп? Ничто в этом мире не возникает и не пропадает бесследно! — Глаза герцога лихорадочно блеснули. — Я был прав. Ах, это будет замечательная поездка в опасный мир магов, где за каждым углом меня будет поджидать смерть!