Я почувствовала едва заметный холод под рёбрами, откуда он взялся?

- Вы готовы сделать заказ? - спросила она, глядя только на Марка.

Марк поднял глаза на неё, но затем медленно перевёл взгляд на меня.

- Уточните пожалуйста у моей жены, - сказал он тихо. - Она выбирает первой.

Официантка удивилась и впервые посмотрела на меня.

Я сделала заказ почти не глядя в предложенное меню. Марк заказал тоже самое. Вот только мы пришли сюда совсем не за тем, чтобы насладиться прекрасной кухней, а чтобы побыть на всеобщем обозрении, будто мы просто пластмассовые манекены в стеклянной витрине магазина.

Сцена была простой. Но внутри неё что-то изменилось…

И всё стало ещё сложнее, когда я поймала на себе взгляд мужчины с соседнего столика. Он был лет тридцати семи, уверенный, слишком уж оценивающе-дружелюбный.

Он улыбнулся.

Я слегка склонила голову… кивнула вежливо, просто по привычке быть корректной.

Но еле уловимое движение напротив заставило меня слегка замереть. Марк смотрел только на этого мужчину.

И в его взгляде появилось то самое тёмное выражение, которое я видела ночью, когда он думал, что я на него не смотрю.

- Не улыбайся ему так, - сказал Марк почти беззвучно.

- Я просто была вежлива, - вздохнула. - Ты уже начал ревновать меня к воздуху?

- Не нужно быть такой вежливой со всеми подряд, - отрезал он.

И снова, ничего лишнего, но воздух между нами стал плотнее. Тяжелее.

Ужин прошёл тихо. Слишком тихо.

Я всё время ощущала взгляд того мужчины на себе, а Марк - он отчаянно сжимал вилку в руке, где побелевшая кожа на костяшка пальцев угрожающе натянулась от перенапряжения. И чем ближе мы были к выходу, тем жёстче становилась его походка.

…

Особняк встретил нас ночной прохладой и… чем-то ещё.

Сначала я не поняла.

Но поднимаясь по лестнице, заметила, что одна из дверей гардеробной приоткрыта. Хотя я закрывала её утром.

И ещё: в комнате пахло чуть иначе, чем-то сладким, резким, чужим.

Я подошла к комоду. Шкатулка открыта.

Мои серёжки с бирюзовыми камнями сдвинуты.

- Лина? - позвала я, выходя в коридор.

Она появилась почти мгновенно, тихо, как кошка.

- Да, Дарина Аркадьевна? - её голос был слишком спокойным.

- Ты заходила ко мне?

- Конечно. Убиралась.

- Ты открывала шкатулку? - это не упрёк, просто попытка выяснить.

- Я её закрыла. Возможно, плохо защёлкнулась. - Она улыбнулась. Слишком мягко. Слишком уверенно.

И я почувствовала, как внутри проступает предательский холод. Его ледяная корка покрывает каждый миллиметр моего тела, сковывая и замуровывая навеки…

Это не было похоже на «уборку». Это был осмотр. Чужое вторжение.