Я остановилась у двери и прислушалась, в кабинете звучал знакомый голос отца, ровный, деловой, как метроном. Он говорил по телефону, как всегда решая на ходу кучу дел. Я постояла ещё секунду, будто надеясь, что он вдруг сорвёт трубку и скажет «Малинка, привет», как раньше. Трубка не сорвалась…

А через мгновение отец выходит из кабинета. Седые виски, уверенный взгляд. Он не изменился. Только стал ещё холоднее.

- Ты похудела, - произносит он, будто констатацию факта, но никак не заботу.

- Я была такой всегда, возможно, ты просто забыл, - отвечаю сухо.

- Садись. Нам нужно обсудить будущее. - Отец кивает на кресло.

Опускаюсь в кресло и скрещиваю руки на груди.

Признаться честно, не такой встречи я ожидала. Думала хотя бы сделает вид, что скучал..

- Моё или твоё? - впиваюсь ногтями в руку. Это больно, когда для собственного отца ты - пустое место.

Он не улыбается.

- Наше. У компании скоро новый проект. Я хочу, чтобы ты была его частью, - хмыкаю.

- Так вот зачем тебе понадобилась дочь? После десяти лет молчания? Серьезно?

- Мне нужна семья, - спокойно отвечает он. - И стабильность.

- Хочу напомнить, она у тебя была… очень давно, пока ты сам всё не разрушил…

Он делает паузу, как будто выбирает момент.

- Давай не будем вспоминать прошлое, я говорю сейчас о твоей семье, поэтому через неделю состоится твоя помолвка, - моргаю, пока убеждаюсь, что никакого сбоя моего слухового аппарата нет, и я услышала всё верно. Помолвка? Моя? Через неделю?

- Прости, что?

Отец говорит всё тем же тоном, будто сообщает мне прогноз погоды на ближайшую неделю:

- Жених - сын моих партнёров. Мы с его матерью давно всё обговорили. Он… непростой парень, но ты справишься.

- Ты шутишь? Скажи, что это просто глупая шутка, - молю глазами.

- Это не шутка.

- Я не собираюсь замуж, папа, - резко встаю со своего места.

- Это вопрос не обсуждается, - отрезает он.

Тон - ледяной, именно таким ставят точку в конце предложения. Смотрю на него, пытаясь понять: это всё ещё мой отец или просто человек, для которого я просто инструмент в достижении поставленных целей.

- Знаешь, - произношу тихо, - мама бы сказала, что ты сошёл с ума.

Он молчит, а я разворачиваюсь и ухожу, оставляя за собой запах дождя и злости.

По коридору мне навстречу вышла незнакомая женщина в форме с подносом.

- Аркадий Викторович просил, чтобы ужин вам подали в комнате, - сказала она с мягкой вежливостью, которой нет у моего отца. Я покачала головой:

- Не нужно.

В ответ она посмотрела на меня так, как смотрят на людей, которых уже нельзя разбудить: тихо и без надежды.