— Умри! — кричал уже седьмой студент, сражавшийся с зелёным демоненком.
Юноша ударил, намереваясь отсечь бесу руку, но тёмное отродье, несмотря на раны, кувыркнулся в сторону и выставил кошкодёр перед собой. Студент едва не напоролся на клинок демона. Бес, тут же воспользовавшись заминкой ученика, ударил мечом ему по коленке. Уже по второй за этот бой.
— Ха-ха-ха! — смеялись одногруппники. — Бранч, ты же сказал, что поддаешься! Можешь перестать! — подначивали они его.
— Давай, Бранч! Покажи ему!
— Суки! — тихо сплюнул ученик, меняя позицию.
Он был щуплым слабаком, и отец заставил его заниматься фехтованием. Но всё зря, ведь сейчас… даже чёртов бес мог потягаться с ним…
Демоненок уже тяжело дышал. У него уже открылось неизвестно какое дыхание.
«Если они думают, что я вот так просто сдамся… этому не бывать», — решил он для себя.
Демон сам сорвался в атаку…
Но в этот раз Бранч отбил его клинок и толкнул плечом, приложив весь свой вес. Демоненка отшвырнуло на спину. Открытые раны в очередной раз защипали, испачкавшись в песке и пыли. Бранч подскочил к бесу, ударяя его сапогом в рёбра, и замахнулся клинком, намереваясь проткнуть грудь.
— Стоп! — остановил его учитель.
Но слова тренера не были услышаны… Ловкачу пришлось остановить ученика. Он отбил клинок Бранча и оттолкнул его в сторону.
— Я сказал стоп! Значит стоп! — прошипел воин.
Бранч был не из высшей аристократии, так что можно было не церемониться.
— Десять кругов. Гуськом.
Ученик с обидой посмотрел на тренера, смахнув с лица капли пота, но всё же ответил…
— Есть.
Демоненок, лёжа на спине, ощущал все прелести битой груши и рубленого полена. Хотелось сдохнуть. Но не от рук этих молокососов. Вопреки боли и бессилию, он поднялся на ватных ногах. Сглотнул слюну, которая лишь чудом выделялась из желез, и, чувствуя больную сухость в горле, поднял меч.
Эльза Ванштейн внимательно смотрела на беса. Она не стала первой сражаться с ним. Пусть он помучается. А после, когда ученики наиграются с ним и оставят на его ужасном теле кучу ран, она ударит демона так, что тот больше не встанет. Никогда.
Демоненок, лёжа на спине, ощущал все прелести битой груши и рубленого полена. Хотелось сдохнуть. Но не от рук этих молокососов. Вопреки боли и бессилию, он поднялся на ватных ногах. Сглотнул слюну, которая лишь чудом выделялась из желез, и, чувствуя больную сухость в горле, поднял меч.
Эльза Ванштейн внимательно смотрела на беса. Она не стала первой сражаться с ним. Пусть он помучается. А после, когда ученики наиграются с ним и оставят на его ужасном теле кучу ран, она ударит демона так, что тот больше не встанет. Никогда.