Лэндал поднялся с кресла, и нанес пощёчину зарвавшейся девчонке.

— Хватит, — сказал он спокойно, — скоро тебе предстоит выйти в свет. Пора повзрослеть.

Герцог вышел из кабинета, ему было тяжело говорить эти слова, но иначе он поступить не мог. Все тяготы судьбы семьи Ванштейн теперь упадут на плечи дочери. Ей нельзя быть такой вспыльчивой. Чтобы ни случилось — нужно контролировать свои эмоции.

Эльза упала на колени и зарыдала. Не из-за обиды или легкой пощёчины. Где сейчас ее брат? Жив ли он? Только это беспокоило красноволосую девчонку…

В старом доме, служившим тайным убежищем для Фозаха Ванштейна, уже проснулись зелёный бес и молодой зверочеловек.

— Что-то долго нет твоего приятеля, — умывался Зархан в ванной после пробуждения.

— Ага, — согласился Аполлон.

Он чувствовал себя очень паршиво.

— Ты там долго еще? — бесу тоже хотелось искупаться, смыть с себя всю кровь и грязь.

— Уже, — вышел Зархан в одних штанах, вытираясь полотенцем.

Он был хорошо сложен, крепкие мышцы, сетка шрамов на теле. Настоящий воин этого мира.

— А ты качок! — хмыкнул Аполлон и прошел, скидывая одежду в корытце.

— Качок? — не понял зверочеловек.

Но дверь в ванную уже закрылась.

Аполлон открутил вентиль — из трубки пошла вода. Она была прохладной, но демона это не остановило, он сел в ванную и стал тщательно отмываться. Пусть вода была холодной, но на мальца накатила волна удовольствия и расслабления… Он на мгновение зажмурился и почувствовал приступ тошноты…

Демон раскрыл алые глаза.

В его лицо ударил снег и ветер. Жуткий. Холодный даже для него.

— Я снова здесь? — сказал Аполлон тихо под завывание студеного ветра.

Он одетый в чёрный плащ шагнул вперёд, ступая босыми ногами по мягкому снегу. Следы его, в ту же секунду, исчезали, сметенные снежной бурей. Бесенок топал вперёд, укутавшись в длинные чёрные одежды. Капюшон болтало во все стороны как старую тряпку на ветру. Порой ветер налетал так сильно, что едва не уносил маленького демоненка в своих объятиях в далекую белоснежную неизвестность. Но когтистые лапы держались за снежную корку крепко. Так, борясь со своим внутренним миром, Аполлон двигался вперёд…

Сколько времени это продолжалось — демон не понимал, но кажется, он шел безостановочно уже несколько дней… И как только ноги несли его сквозь эту снежную завируху… Его волосы и ресницы уже давно покрылись острыми льдинками. Лицо горело и щипало от колючих снежинок. Как он еще не отморозил себе пальцы, одному лишь дьяволу известно.

— Да где же она? — шептал Аполлон синими губами сквозь дикие завывания вьюги. — Где эта чёртова плита?.. Сколько еще идти?..