Выдвигая предложения, которые более цивилизованным современникам могли бы показаться безумными, Дуэ не думал ни о морали, ни об осуществимости — его волновала только эффективность, способная существенно сократить продолжительность войны. Такой исход казался ему наиболее моральным.
В межвоенный период воздушные вооружения активно разрабатывались. Все понимали, что будущая война будет вестись с их помощью. В странах, переживших Первую мировую войну, военные полагали, что общество поддержит использование такого оружия, чтобы оно не было использовано противником против них.
А вот американские теоретики считали, что общественное мнение США не поддержит разработку воздушных вооружений, призванных убивать женщин и детей и разрушать города. Эти теоретики полагали, что американцы поддержат только идеюприцельного воздушного вооружения, которое будет уничтожать заводы, а не людей. Как писал американский специалист в области авиации Конрад Крейн: «Доктрина прицельных бомбардировок военных заводов, а не женщин и детей, позволяла военно-воздушным силам активно участвовать в войне, не терзаясь моральными сомнениями».
Гигантские тяжелые бомбардировщики В‑17 стали самыми известными самолетами Второй мировой войны. Их производство началось в 1936 году. Они были предназначены для стратегических прицельных бомбардировок. Большое количество этих самолетов было произведено еще до того, как Соединенные Штаты в 1941 году вступили в мировую войну. На В‑17 были установлены высокоточные бомбоприцелы Нордена[329] , которые должны были обеспечивать прицельную бомбежку с высоты в несколько тысяч футов. Американцы и французы полагали, что бомбежка железнодорожных путей, доков и военных заводов позволит избежать потерь среди мирного населения.
Британский теоретик Джеймс Спейт считал авиацию необходимым злом, потому что в те времена считалось, что от бомбардировщиков нет защиты. Британцы полагали, что лучшей гарантией безопасности их городов станет принцип «Если ты меня ударишь, я ударю тебя в ответ» — даже если это может привести к тому, что мы теперь называем взаимогарантированным уничтожением.
В этой идее присутствовала определенная логика. На последних этапах Первой мировой войны немцы остановили бомбардировки Британии, потому что уровень развития британской промышленности заметно повысился, и вскоре британцы могли бы сделать с германскими городами то же, что немцы сделали с британскими. После войны британцы продолжали развивать стратегическую авиацию — не для того, чтобы уничтожать города противника, но чтобы не позволить противнику сделать это с их собственными городами.