Но еще имелась клятва верности, данная принцу, и спасенная дочь, и от этого тоже никуда не деться. Предать доверие того, кто так много для тебя сделал — кто на такое способен? Человек без чести. А Волков никогда не считал себя таковым.

— Я… я… не знаю кто это, — запинаясь ответила девушка.

Тут уж полковник вообще перестал что-либо понимать. О грозном ледяном клане не слышал разве что глухой. По всем СМИ во всех концах планеты неоднократно рассказывали о русских колдовских кланах, одним броском преодолевших Атлантику и едва на сокрушивших своих американских коллег. И среди них особо выделяли Строгановых.

Внезапная догадка озарила полковника.

— Кланы, магия, Великое Откровение, Войны Господства, падения национальных правительств — вам это о чем-нибудь говорит?

Девушка молча покачала головой.

А вот и разгадка. Последние полтора-два года она попросту находилась в изоляции. Видимо с этим связаны раны и затравленный вид.

— Вас похитили? Держали в неволе? Вы сумели сбежать?

Еще один кивок, уже более уверенный.

Ага, потихоньку приближаемся к сути. Волков задал еще несколько уточняющих вопросов, почти после каждого уверял, что беглянке нечего опасаться, что она под защитой и никто ее больше не посмеет обидеть.

Он не торопил, говорил вкрадчиво, как с испуганным ребенком. В итоге небольшие психологические уловки помогли разговорить бывшую пленницу.

Прозвучал короткий рассказ злоключений бедняжки. И чем больше она говорила, чем сильнее сжимались руки бойцов на рукоятях винтовок.

Их можно понять, полковник и сам едва сдерживался.

Бордель. Чертов бордель для извращенцев. Вот откуда сбежала несчастная.

— Покажешь, где это место?

Несмелый кивок.

Полковник обернулся к сержанту.

— Вас четверо? — зачем-то уточнил, хотя и так знает, что стандартный экипаж Ящера на патрулировании четыре бойца. Водитель, два стрелка и один на пулемете.

Требуется время, чтобы подумать, но Волков понимал, что медлить нельзя, появятся колебания, приказ не идти на конфликт с местными никто не отменял. А здесь развернется самая настоящая боевая операция.

— Со мной взвод. Плюс Цербер. Думаю справимся, — Яков Афанасьевич говорит отрывисто, намеренно оттягивая момент с докладом наверх.

Бойцы коротко кивают, в глазах злость, решимость пойти до конца, невзирая на последствия.

Станет принц рисковать отношениями с местной властью? Если пленницы из Холодного Предела — без всяких сомнений. За обиду своих кара последует незамедлительно. Вырежут ублюдков подчистую.

А если девушки не относятся к землям Владык Холода? Полковник слишком хорошо успел изучить клановые порядки, чтобы не быть в этом уверенным. За своих дрались отчаянно, ради чужаков — и пальцем не шевельнут. Такова философия колдунов.