«Кнабе».
Блин, и чего старикану не спится? Время ближе к полуночи, а все туда же. До утра не ждет? Видимо нет. К чести профессора, беспокоил он меня редко и как правило по серьезному делу.
Денег там дать (боже, кто бы знал во сколько обошлось лабораторное оборудование, целое состояние исчезло, не меньше), привлечь специалистов (квалифицированные биохимики и нейрохирурги просили за услуги столько, что глаза на лоб лезли) или срочно предоставить некую информацию, как правило жутко секретную (подкуп тоже влетал в копеечку, корпоративный шпионаж всегда обходился недешево).
Придется ответить.
— Да, Генрих Богданович, слушаю вас.
— Ваше сиятельство? Я вас не разбудил? — послышался взволнованный голос моего бывшего преподавателя по многогранному конструированию разноплановых плетений универсального типа.
— Нет, профессор. Я сижу в темноте и гляжу в окно, пока две обнаженные одалиски омывают мне ноги и делают массаж ступней, — пауза и каверзный уточняющий вопрос, произнесенный предельно серьезным тоном: — Вам нравится массаж ступней, профессор?
На другом конце трубке ошеломленная тишина. Наверно морщит лоб, пытаясь понять, кто такие одалиски? Или соображает насчет массажа ступней.
— Аааа… ээээ… — прозвучало неуверенное мычание.
— Одалиски — это юные девы-прислужницы, — вежливо пояснил я.
Послышалось невнятное шипение, переросшее в неразборчивое бормотание. Они там на громкой связи что ли? Ладно, пора заканчивать резвиться, иначе общение затянется до утра.
— Что стряслось, Генрих Богданович? — устало спросил я, мысленно махнув рукой. Смысл шутить, если собеседник плохо воспринимает юмор.
Кнабе рассказал, я чертыхнулся и приказал наводить на пентхаус портал. Похоже этой ночью поспать не удастся…
3.
Граница владений клана Мамонтовых.
Научно-исследовательский комплекс компании «Новые горизонты».
Подземный уровень. Минус четвертый этаж. Сектор лабораторий. 23:55
Шаг вперед, уже привычный перепад давления, следом небольшое сопротивление пространственного искажения и воздушная рябь остается позади. Переход осуществлен.
Перед глазами вместо апартаментов пентхауса обширное помещение с преобладанием белых оттенков. Пропущенный через множество фильтров воздух бьет в нос, вызывая ассоциации с больницей и стерильной чистотой операционных.
Не успев пройти дальше, я вдруг почувствовал сзади пониже спины мягкий толчок.
— Что за? — догадываясь, что увижу, отхожу в сторону.
На сверкающий пол био-лаборатории мягко ступили лапы проснувшегося Барсика.
— Ты-то хоть куда? — с досадой протянул я, понимая, что вернуть нахального охламона обратно никак не получится.